Но Эрван уже не слушал. Один щелчок пальцев – и надо мной, как тогда, на островах, нависла волна, и снова стекла, образовав тонкий купол, переливавшийся перламутром.
– Иди сюда! – Он протянул руку. – Не бойся!
А я с удивлением поняла, что совсем не боюсь. Ничего не боюсь, когда он рядом. Я закрыла уже ненужный зонтик и сделала шаг, другой, третий…
Волны бурлили вокруг, обтекая купол, а я шла прямо по песку, немного влажному песку морского дна.
Горячая ладонь обхватила мои пальцы, и Эрван нырнул ко мне под купол. Обдало теплом, одежда мгновенно высохла.
Взявшись за руки, мы смотрели сквозь тонкий перламутр, как бушует потемневший океан, сливаясь с таким же потемневшим, клубящимся тучами небом.
– Снова он! – восторженно ахнула я.
Среди вздымающихся гребней плыл пронзительно-белый костяной корабль.
– Ближе подошел, чем в прошлый раз… – Эрван вытащил блокнот, быстро сделал несколько записей. – Интересно, с чем это связано?
– Может, с дождем?
– Может быть.
Корабль растаял в волнах, а через какое-то время и буря стихла. Тучи разогнало ветром, дождь кончился. Мы вышли на берег и до заката сидели на топляке.
– Тебе здесь нравится? – неожиданно спросил Эрван, когда солнце скрылось за горизонтом.
– Да. – Я посмотрела на волны, набегающие на песок.
– Отлично, значит, поставим тут защиту и сделаем безопасный выход к морю. Купания не обещаю, но посидеть у воды можно будет.
Здорово! Вот это подарок! Или… извинение? Нет, не за сам поцелуй. А за его – колючку начальству в бок! – экс-пе-ри-мен-тальность.
Я искоса посмотрела на Эрвана, он подмигнул мне:
– Нравится идея?
– Еще бы!
Мы неспешно шли к лагерю, когда неподалеку в зарослях мелькнуло белое пятно, смутно похожее на платье. По спине скользнул неприятный холодок, как тогда, при встрече с…
Белая Леди?! Да не может быть!
Я всмотрелась в переплетение веток и лиан, но белое пятно исчезло. Наверное, показалось. А что касается холодка… Так после вчерашнего меня еще долго будет «подбрасывать» от любых белых пятен в зарослях.
Проводив меня до дома, Эрван ушел. В комнате ждали мимозная мышь, соня, Сью и… ветка дикой алой розы с прикрученной к колючей ветке запиской.
Эрван?
Ой… Цветов он мне еще ни разу не дарил. Разве что регулярно притаскивал мою же забытую где-нибудь мимозу.
Порозовев от удовольствия, я развернула конверт.
– Ну, от кого? – Сью подскочила ко мне, нетерпеливо выдернула записку из рук и прочитала: – «Извини. Был не прав. Морган». Ого!
Она тут же упорхнула на свою кровать и мечтательно уставилась на меня.
– Похоже, лопата слишком сильно стукнула Моргана, – пробормотала я, направляясь к окну с цветком в руке.
Просто выкинуть было жалко. Оставить не могла. Перегнувшись через подоконник, я бросила розу на землю и направила на нее магию. Оказавшись под дождем, цветок моментально укоренился. Вот и хорошо, путь растет!
– Ты странная, – задумчиво сказала Сью, когда я устроилась на кровати с блокнотом и начала зарисовывать руны из сна. Те, которые смогла четко запомнить. – Хлоя?
Я пожала плечами.
– В общем, букет надо либо принять, либо вернуть, – Сью качнула головой. – А ты его посадила. И что ему теперь думать?
– Честно говоря, мне совершенно все равно, что будет думать букет.
И Морган вместе с ним!
– Чего тебе? – закутанная в халат и плащ фигура вынырнула из-за зарослей.
Эрван кивнул на защиту, что начиналась от рун на границе лагеря, невидимым высоким забором тянулась по обе стороны тропинки, огораживала часть пляжа и широкой дугой вдавалась в море. Не сильно вдавалась, в самом глубоком месте вода едва доставала до колена.
Но сдвигать защиту на большую глубину было опасно. Там постоянно возникали прибрежные течения, среди которых попадались магические – капризные, бурные, неуправляемые. И предугадать, как они скажутся на неосторожном пловце (да и на самой защите) было невозможно.
– Лягушатник, – насмешливо фыркнул Вимфре. – Ни поплавать, ни понырять. Разве что у берега побродить. Проверил?
– Один?
Проверять и подправлять одновременно – то еще удовольствие.
– Что, опять «добровольцы, вперед»? – ухмыльнулся Вимфре, стягивая плащ и халат.
– Не на себе же ставить опыты.
– Ага, для этого есть друзья.
Вимфре скинул ботинки, снял брюки и смешно, по-птичьи поднимая лохматые лапы, вошел в море.
Потопал вдоль полосы спокойной воды, за которой волны шумели и набегали на невидимую границу.
– Неплохо, – оценил он. И недовольно поморщился, когда мелкие капли все же достали до мохнатой морды. – Так и задумывалось?
Эрван кивнул.
– И ради чьих глаз я тут лапы мочу? – Вимфре вышел на берег, отряхнулся.
– А может, ради твоих? – хмыкнул Эрван, еще раз проходя вдоль защиты и проверяя ее прочность.
– Ага, сколько лет тебе было все равно, унесет мою морду течением или нет, а тут вдруг обеспокоился ее целостностью? – Вимфре зевнул, показав клыки. – Лучше скажи, что такое ты натворил, если решил тут помощнице пляж организовать?
Чутье у кого-то отличное. Волчье.
– Неудачно провел один эксперимент.
