— После этого я опросил владельцев магазинов по соседству и прохожих. Никто ничего не видел и не слышал ни про девушку, ни про взрыв голопроектора. — Мэл заерзал на неудобном стуле. — Мэм, это Трущобы… Самое большое скопление слепых, глухих и немых людей на Тарсонисе. Если только она не попадет в объективы дорожных сенсоров, а за два месяца этого не случилось ни разу. Или не убьет кого-нибудь. А если она и сделала это, то замела следы. Нужна целая армия, чтобы отыскать там девчонку.
— Будет вам армия.
Мэл моргнул.
— Мэм, я выразился образно.
— А я нет. — Киллиани достала из кармана жакета смартфон и нажала на нем кнопку. — Пригласите ко мне Н’Дойе.
— Мэм, это несколько преждевременно, — попытался возразить Мэл, поднимаясь на ноги. Ему приходилось слышать о майоре Н’Дойе, и последнее, чего бы он желал, так это командовать этой психопаткой.
Киллиани произнесла: — «Хорошо, спасибо», — и отключившись, окинула Мэла самым злобным из своих взглядов.
— Преждевременно?! У вас было два месяца, Келерчиан! ПСТ оказалась полностью некомпетентной…
— Офицер Фонсека передавал нам всю полезную информацию, какую мог добыть. Дорожные инспекторы проверяли уличные записи каждый день. Я лично проверил все места в Трущобах, где обычно клубятся пятнадцатилетние подростки, но…
— И это ничего не дало. Проклятье, Келерчиан, мы тут войну проигрываем! Всех, кого еще не растерзали зерги и не разложили на атомы протоссы, тех подкупает Менгск! Конфедерация трещит по швам, и единственный способ — это остановить — давать отпор любым оружием, что у нас имеется! Агент X41822N — это оружие, которое мы должны иметь, но не имеем, поскольку вы не можете ее найти!
Зажужжал интерком Киллиани: «Директор, майор Н’Дойе здесь. Ожидает».
Кивнув, директор нажала кнопку на панели в столе, и дверь отъехала в сторону.
Эсмеральда Н’Дойе вошла. Женщина оказалась ниже, чем представлял себе Мэл, и в униформе выглядела не столь устрашающе, как в боевом скафандре, в котором он ее видел в репортажах СНВ, после очередной победы на полях сражений. Свои черные волосы Н’Дойе брила «под ноль», а ее смуглое лицо словно застыло в свирепой маске — благодаря чему, как знал Мэл, майор вселяла ужас во многих новобранцев.
Н’Дойе была старшим офицером подразделения сухопутных войск, официально известного как 22-й дивизион десантных войск Конфедерации, а неофициально — как «Аннигиляторы». Так их окрестили потому, что Аннигиляторы воевали лучше любого другого во всей армии Конфедерации. Так что Мэл весьма удивился тому факту, что Н’Дойе на Тарсонисе, а не задает зергам жару где-то на других планетах.
Жизнь у Н’Дойе сложилась довольно необычно. Она была обычной девчонкой верхнего слоя среднего класса, которая дружила со спортом и собиралась стать профессиональной регбисткой, пока однажды не попалась на глаза Грегори Дюку из Старых Семей.
Их роман был громким и закончился шикарной свадьбой, но через год Грегори умер. Как сообщили по новостям — от аневризмы головного мозга. В детективном отделе (куда Мэл тогда вот-вот устроился работать) ходили слухи, что на самом деле молодая миссис Дюк организовала смерть муженька. После смерти Грегори Эсмеральда завербовалась в десантные войска, и ее сразу возвели в чин офицера. В конце концов, лишить ее статуса члена Старой Семьи, никто был не в праве… хотя она и вернула себе девичью фамилию. Общественность посчитала ее поступок неслыханным и непрактичным, ввиду того, насколько проблематично людям без ошибок написать или произнести: «Н’Дойе». И опять же по слухам, новобранцы-Аннигиляторы отжимались по шестьдесят раз в полной экипировке за каждое неверное произношение фамилии «командирши».
Н’Дойе быстро поднялась по карьерной лестнице и заработала впечатляющую репутацию, (которую Мэл считай жуткой, поскольку темнокожая баба устраивала резню везде, где появлялась). В конце концов, ее повысили до звания майора и назначили командующим 22-го дивизиона.
Отсалютовав, Н’Дойе отчеканила:
— Майор Н’Дойе по вашему приказанию прибыла, мэм!
Киллиани отсалютовала в ответ.
— Вольно, майор.
Н’Дойе слегка шевельнулась, однако по ее виду нельзя было с уверенностью сказать, что она расслабилась. На самом деле, по разумению Мэла (поднаторевшего за годы в ПСТ, не говоря уж о последних двух месяцах, когда он сутками крутился среди безбашенных обитателей Трущоб), Н’Дойе готова убить на месте любого, кто ненароком дернется не так, как следует.
— Это агент Мэлкольм Келерчиан, один из следопытов, — представила Киллиани Мэла. — Майор Н’Дойе, вы и ваше подразделение переходите к нему подчинение.
Н’Дойе окинула Мэла взглядом, какой бывает, когда вместо обеда приносят гниющий труп крысы.
— Надолго? — поинтересовалась она.
Развернув видео-панель на столе так, чтобы Мэл и Н’Дойе могли видеть экран, Киллиани ответила:
— До тех пор, пока не найдете эту девушку.
С фотографии на мониторе на следопыта и майора смотрела Нова Терра. Снимок был сделан за неделю до пятнадцатых именин Новы, и именно его Клара Терра передала СНВ для подготовки некролога.
