— Что я наделал? Я разбил сердца Видара и его возлюбленной! Но мне на них наплевать, так же, как на червяка, попавшего в птичий клюв. Жизнь несправедлива, Од. Так почему Видару должно повезти больше, чем другим?
Од задрожала, слушая его слова, но была не в силах даже пошевелиться.
— Я ненавижу себя! Это я во всем виновата! — закричала она. — Теперь он так несчастлив.
Локи пожал плечами.
Она опять села на землю.
— Он будет презирать меня. Я должна покинуть Старую Долину.
— Ты спрашиваешь, возьму ли я тебя к себе?
Она подняла на него глаза.
— Я не могу вернуться в Валяскьяльв. Видар говорит, что у него есть другие родственники на севере.
— Пойдем со мной, Од. Я буду заботиться о тебе, пока ты мне не наскучишь, а это случиться очень скоро, если ты будешь продолжать страдать из-за Видара.
Од покачала головой.
— Этого больше не будет. Я уже потеряла слишком много всего и теперь смирилась. Если ты возьмешь меня к себе, я стану жить с тобой и буду послушной.
Локи сел рядом с ней и дотронулся до ее волос. Его голос звучал жестоко.
— Покорность и послушание очень идут тебе, Од, — сказал он. — Локи встал и посмотрел вдаль. Потом его голос сделался нежнее. — Лунный свет тоже идет тебе. — Я пойду. Мне надо увидеться с этими ведьмами, пока ночь не закончилась. Я думаю, ты предостерегла их.
— Нет, — ответила она, — но они очень разозлились, за то, что я привела с собой Видара.
Он свистнул, позвав Херора.
— Иди домой без меня. Я буду позже.
Од посмотрела на него.
— Ты не собираешься останавливать меня? — спросил он.
— Нет. Сомневаюсь, что смогу это сделать. Что ты хочешь попросить у них?
Локи потер подбородок.
— Хм, я не знаю точно. Я как-то не думал об этом, а сейчас мне надо спешить.
— Мне все равно, о чем ты будешь с ними разговаривать, — произнесла она, кладя голову на спину Арвака.
— А тебе бы следовало поинтересоваться, — произнес он, отворачиваясь от нее и уносясь к звездному горизонту.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросила она, но Локи уже не слышал ее, и она осталась в задумчивости ждать Видара.
Его ноги болели от быстрого бега через долину, вода в заливе была ледяная, но Видар не замедлял ходу. Он призвал каждую каплю своей крови от великанов дать ему сил продолжить путешествие. Каждый мускул в его теле просил его остановиться и отдохнуть, когда он выходил из воды, но вместо этого он еще стремительнее побежал в гору. Промокшая туника, надетая на нем, сейчас была черного цвета, и время от времени он останавливался, чтобы проверить, переливается ли еще разными цветами нить судьбы.
Видар сразу же пошел по тропинке, ведущей к дому женщины-тролль. Вдохнув воздух, он учуял дым, тянущийся с западной стороны.
Вдали показался ее дом. Послышался вой волчицы, заставивший его содрогнуться. Остановившись ненадолго, он пошел медленнее, собираясь с мыслями и давая возможность своим мышцам немного восстановиться. Рукой он нащупал рукоятку меча. Дом Ярнвидьи был построен из глины, а крыша покрыта дерном. Около него стоял сильный запах животных.
Открыв дверь, он увидел толстую горбатую женщину, смотревшую на него сквозь огонь. Один глаз у нее был намного меньше другого, и был затянут белой пеленой. На голове повязан грязный платок. Задрав нос, она понюхала воздух, и ее рот скривился в предвкушении борьбы.
— Асир, — сказала она.
Видар поднял свой меч и приставил его острие к ее подбородку.
— Я не причиню тебе вреда, если ты дашь мне то, что я хочу, — произнес он настойчиво.
— Что ты хочешь? — спросила она, и ее глаза сузились, превратившись в щелки.
— Во-первых, я хочу, чтобы ты позвала своих волчиц и приказала им не трогать меня.
— А потом?
— Потом я скажу тебе, — сказал он, опуская меч и прижимая его к ее ноге. — Поспеши.
Несмотря на свой преклонный возраст и полноту, она двигалась быстро и легко. Видар встал за ее плечом, держа меч наготове, когда она направилась к двери. Открыв рот, она свистнула несколько раз. Этот звук эхом пронесся по лесу. Темные тени стали стягиваться к дому.
— Иди, — сказала она, — я впущу их за забор.
Волки заходили один за другим, и она разговаривала с ними на каком-то непонятном полуязыке, состоявшем из слов и звуков, похожих на собачьи. Волки смотрели на него подозрительно, но послушно выполняли ее приказы. Когда все вошли, она закрыла изгородь на засов.
— Подожди, — сказал Видар, — кто из них Манагарм?
Женщина-тролль повернулась к нему и проговорила низким голосом:
— Кто тебе рассказал о Манагарме?
Видар сделал едва заметное движение мечом.
— Пусть он выйдет. — Ярнвидья издала еще один странный звук, и один из волков подошел к ней. Он был серо-черный, с горбом между лопаток, с длинным тяжелым хвостом. По виду он был не более опасным, чем остальные, но Видар на всякий случай отошел подальше.
— Запусти его внутрь и посади на цепь, — сказал он. — Потом я скажу тебе, что делать дальше.
Женщина-тролль впустила его в дом и приковала цепью за заднюю лапу к столбу. Манагарм казался довольно спокойным, для того чтобы быть таким свирепым, как предупреждала его мать.
— Это в самом деле тот лютый Манагарм? — спросил Видар.
— Да.
