— С зубами и челюстями, которые могут насмерть загрызть Асиров?
— Да. Потому что Асиры могут принести намного меньше вреда, если будут мертвы.
Видар ответил:
— Своим видом он не сильно отличается от остальных.
— Присмотрись к нему, Видар. Во-первых, все остальные — девочки. А это мой единственный сын.
Видар едва заметно улыбнулся, не заметив особенной разницы.
— Понятно.
— Во-вторых, если ты дашь мне какую-нибудь вещь, принадлежащую твоей семье, я покажу тебе, что он способен сделать с ней.
Видар достал из сумки деревянную фигурку, которую он вырезал для Виктории, и бросил ее на грязный пол.
Она обратилась к волку, и он тут же, раскрыв пасть, бросился на предмет. Ему стоило лишь одним клыком коснуться фигурки, и она мигом разлетелась на кусочки.
— Ты видел? — спросила женщина-тролль, — этот волк в момент ока разорвет Асира в клочья, хотя, как я вижу, ты что-то задумал против моего сына.
— Нет, ты не так поняла меня. Я не собираюсь уничтожать волка. Мне нужен только один из его клыков.
Ярнвидья побледнела.
— Нет, нет, — сказала она и затрясла головой. — Мы не можем так разозлить его.
— Именно поэтому он сейчас на цепи.
Ее голос стал мягким.
— Позволь мне пойти за изгородь и собрать трав, чтобы приготовить снотворное зелье. Пока он в сознании, мы не сможем вырвать у него зуб.
— Нет времени, — ответил Видар. — Ты его мать, и тебе он разрешит это сделать. — Видар снова поднял свой меч, указывая острым концом на ее сердце. — Ты не сможешь мне отказать. Мне нужен только один клык, а затем я оставлю тебя и твоих волков навсегда.
— Он не сильно отличается от своих сестер, но только они едят цыплят, а он питается злобой.
— Только один клык, Ярнвидья.
— Каждый день я кормлю его понемногу, рассказывая истории о твоем отце, братьях и даже о тебе. Он вырос на моих рассказах и этим живет. Но если его разозлить чуть больше…
— Довольно! — крикнул Видар. Он устал и безрадостно осознавал, что ночь уже на исходе. — Мне все равно, как ты это сделаешь. Просто достань мне зуб, заверни его в какую-нибудь из своих вещей, и я уйду.
Женщина-тролль нагнулась вперед, говоря что-то волку низким, успокаивающим голосом. Потом она достала ленту из своего передника и настояла, чтобы волк открыл пасть. Все это время Видар твердо держал меч за ее спиной. Волк дернулся и взвыл. Видар сделал шаг назад. Ручей крови хлынул на пол, и Ярнвидья отошла в сторону, держа в руке клык.
В комнате стоял страшный вой. Животное щелкало челюстями и мотало головой из стороны в сторону. Потом волк запрокинул голову назад, и Видар увидел кровавую дыру в том месте, где только что был зуб. Разъяренные желтые глаза смотрели в глаза Видара, а потом он злобно дернул цепь, вздрогнув всем телом. Снаружи другие волки тоже начали выть.
Видар не успел понять, как женщина-тролль оказалась у него за спиной. Слишком поздно боковым зрением он увидел, что она вцепилась в окровавленный зуб и готова напасть на Видара. Не имея времени на раздумья, резким движением он поднял меч и воткнул его ей между ребрами.
Вздох. Его или ее — он не разобрал.
Он вытащил острие, которое вышло из ее тела скользким движением, и ужаснулся до боли знакомому ощущению. Полилась кровь. Она выронила клык и схватилась за рану. Волк резко замер на месте.
— Дурак, — простонала она. — Ты подставил под удар судьбу своей семьи.
С этими словами она с грохотом замертво упала на землю.
Видар обернулся. Манагарм долго смотрел на свою мать, а потом посмотрел в глаза Видара и завыл.
Видар снял платок с головы Ярнвидьи. Она была почти лысая, и только местами торчали пряди седых волос. Видар осторожно, не касаясь, завернул зуб в платок и привязал его к ремню туники. Вой волков усилился. Видар обернулся последний раз и бросился прочь. О том, что ждет его впереди, он сейчас не думал, чтобы не тратить энергию. Сейчас ему очень нужны были силы.
Он прыгнул в воду в темноте и плыл, пока его мускулы не начало сводить от напряжения. Он не смотрел в небо, боясь увидеть, что оно светлеет, но когда вышел на берег, увидел, что вдалеке уже занимается заря.
— Это не утро, — закричал Видар в безразличное небо, устремляясь вперед, и в отчаянии упал на колени, когда первый луч оранжевого солнца осветил ветви мирового древа.
Од ждала его на вершине ступенчатого холма на триста тридцать третьей ступени. Он бросился на траву и уставился в предрассветное небо.
— Я не успел, — произнес он безнадежно и подавленно.
— Ночь снова наступит, — ответила она, протягивая ему флягу с водой. — Ты взял, что тебе нужно для того, чтобы заставить Хеймдалла открыть мост?
Видар сел и сделал жадный глоток воды.
— Взял, но боюсь, что Виктория может не дожить до вечера. — Он тяжело поднялся. — Мне нужно отправляться в Валяскьяльв и ждать около Бифроста. Как только солнце сядет, я…
Од положила руку ему на плечо.
— Не будь дураком. Тебе нужно отдохнуть. Сейчас ты ничего не сможешь сделать, так что возвращайся со мной в Старую Долину. Поешь, поспи и подготовься.
— Мне не заснуть, Од, — сказал он.
