«С каких пор Бернелл говорит голосом моей бывшей девушки?»
Я мотнул головой, скидывая с себя морок сна, – окровавленная, заплаканная Вивьен растаяла. Перед взором оказалась лишь несчастная прикроватная тумбочка с пепельницей и пачкой сигарет сверху – ничего более.
– Ларсен, черт тебя дери! Если ты не откроешь, я прострелю замок! И очень надеюсь, что твоя задница будет прямо за дверью! – раздался новый вопль Сатаницы.
Как ни странно, но угрозы Эмили заставили мозги работать чуть шустрее. Я разлепил веки, озираясь по сторонам: в комнате светло, значит уже утро; ремень с кобурой лежат на полу, в пепельнице два окурка, один со следами помады, – значит, Бернелл здесь все же была. Одежда на мне – скорее всего, поцелуй мне приснился. Остался главный вопрос: что это, мать вашу, было?!
– Надеюсь, это не твоя девушка там орет? – послышался сонный голос справа. Я с одновременным облегчением и опаской повернулся и увидел Вивьен, потирающую слегка воспаленные ото сна глаза.
– Это лейтенант Эмили Паркер, – буркнул я в ответ, наклоняясь за ремнем, – а по совместительству дочь Сатаны и моя бывшая невеста.
– Чего?! Правда? – Вивьен уставилась на меня и, видимо, по выражению лица прочла утвердительный ответ. Из нее полился такой поток отборной брани, что мог посоревноваться с тем, что выдавал я в лондонских пробках. – Я не рассчитывала, что моя шутка окажется не шуткой! – раздраженно выпалила англичанка, пулей вылетая из кровати.
Я обвел глазами спальню, пытаясь собрать реальность из кусочков: где закончился Уинстон, угрожающее видение, и начался наш поцелуй? Вивьен была полностью одета, я тоже. Видимо, мы просто уснули, болтая, и ничего не было. Что же, видит бог частного сыска, это к лучшему…
Бернелл завязывала халат, бросая на меня взгляды в стиле «сделай же что-нибудь». По правде говоря, делать уже было нечего, разве что изобрести машину времени, вернуться во вчерашний день и выставить ее за дверь. Хотя в таком случае нас вполне мог ожидать третий труп – и чей бы он был, еще большой вопрос. Лично мне, слышавшему сопение лейтенанта Паркер даже из-за закрытой двери, казалось, что все-таки мой.
– Успокойся, если Сатаница и станет в кого-то стрелять, то только в меня. – Закрепив ремень, я двинулся ко входу, по другую сторону которого воцарилась угрожающая тишина.
Повернув замок, я распахнул дверь, встречая напарника и свою бывшую девушку – картина, достойная «Оскара» за самую трагикомичную сцену.
– Доброе утро, золотко. – Я широко улыбнулся. – Ну и тебе не хворать, Паркер.
Эмили с Мином на пару закатили глаза – похоже, эти двое нашли общий язык на почве обоюдного, но непризнанного обожания меня.
– Мы тебя уже двадцать минут пытаемся разбудить! Ты… – Тут глаза Сатаницы заметили шевеление за моей спиной и сверкнули совсем уж недобрым огнем. – Ларсен, ты вконец охренел баб водить во время расследования, еще и на место преступления?
Если бы кто-то искал человеческое воплощение эмоции под названием «охренеть и не выхренеть», то первенство бы получил Мин, чьи глаза норовили из азиатских переквалифицироваться во вполне европейские. Ну а если бы награждение проходило в обители Нечистого, то призы однозначно раздавала бы лейтенант Паркер. Я же был готов пустить себе пулю в висок, ибо следующие эпизоды нашей трагикомедии обещали трансформироваться в хоррор.
– Прошу прощения, лейтенант. – Кашлянув, Вивьен вышла вперед, вытягивая перед собой руку для приветствия. – Вивьен Бернелл, хозяйка этого дома и племянница обоих погибших.
– Прошу прощения, мисс Бернелл, – слегка сконфуженно проговорила Эмили, быстро пожимая ладошку англичанки.
«Господь, да сегодня ад замерзнет, Сатаница смущена?!»
– Ничего страшного, – холодно ответила Бернелл. – Но впредь не стоит бросаться столь резкими замечаниями в сторону малознакомых людей. Господин Ларсен, можно сказать, охранял меня этой ночью, за что я ему очень благодарна. – Англичанка наградила меня выразительным взглядом. – И могу с уверенностью сказать, что его профессиональная совесть полностью чиста.
Сатаница смущается, а Зеленоглазка меня защищает! Это утро полно сюрпризов и пусто на убийства – что же, последнему я в некоторой степени даже рад. Едва сдерживая смех от облегчения и абсурдности всей ситуации, я снова посмотрел на Мина – напарник все еще держал рот открытым, предположительно для проветривания перегревшегося мозга.
– Про чистую совесть я бы так не утверждала, – тихо хмыкнула Паркер, показательно не глядя на меня. – Предлагаю обсудить более важные вопросы. Сейчас мои сотрудники допрашивают остальных свидетелей, а криминалисты изучают места преступлений и обыскивают поместье. Поразительно, как много убийств на девять сотен квадратных футов, вы не находите, мисс Бернелл? – Паркер изучала ее акульим взглядом.
«Все ясно, Сатаница уже составила для себя примерную канву событий. И она не в пользу Бернелл».
Вивьен оставила вопрос без ответа, чем только сильнее раззадорила полицейский пыл Эмили. Когда она вцеплялась в свою жертву, то только божье провидение могло помочь расцепить эти челюсти.
