Я внутренне напряглась от такого официального обращения и на всякий случай уточнила:
– Ты же не собираешься делать мне предложение посреди кладбища?
– Значит, тебе признаваться в любви можно, а мне нет? – притворно возмутился он, но все же сдался под моим строгим взглядом. – Ты еще хочешь увидеть норвежские фьорды?
Я смогла только кивнуть, чувствуя, как на щеках появились предательские дорожки.
– Тогда поехали домой, пора навестить матушку Марен. – Ларсен подхватил меня на руки и понес в машину, заставив во второй раз за сегодняшний день рассмеяться сквозь слезы. – Кстати, после ухода Кэпа мне в агентство все же нужен помощник.
– Сколько бы ты ни платил Мину, я хочу в два раза больше.
– Полтора максимум, у тебя нет опыта, Бернелл. – Адриан приподнял бровь, видимо, не ожидая такой наглости.
– Я сплю с начальником, – резонно добавила я.
– Да-а, Мин явно не использовал все преимущества своего положения.
Шутливо переругиваясь, мы залезли в салон авто и включили отопление, пытаясь согреть озябшие руки.
Я в последний раз оглянулась на место, в котором провела детство. Ребекка и Лили, мама и папа – они остались там, за покосившейся оградой, навечно вместе, навсегда молодые. Глядя на дымчатые силуэты, я вдруг поняла, что готова отпустить их и оставить прошлое позади. Ради будущего, нашего будущего.
– Поехали, Адриан.
Однажды Вивьен сказала, что призраки – это порождения людских пороков. Столкнувшись с одним из них, я понял, насколько, сама того не подозревая, она оказалась права. Дело призрака поместья Торнхилл было официально закрыто, убийца найден, секреты развеяны, но я почему-то не ощущал привычного удовлетворения от завершения расследования.
Маленький призрак остался следом в моей памяти, шрамом на коже Вивьен и пеплом себя самого. Его история подошла к финалу, счастливому ли? В таких историях не всегда очевидно, кто герой, а кто злодей; кто на самом деле заслуживает наказания, а кто – сочувствия.
Наблюдая в зеркало заднего вида удаляющийся силуэт разрушенного Торнхилла, я неожиданно вспомнил сказку про паучка. Смог ли он добраться до неба? Мне хотелось верить, что да.
