Я знал, что от меня ждут такого же отчета, но мне вовсе не хотелось показывать содержимое моего скудного буфета. И вот я сидел и улыбался, понимая, что надо что-то из себя выжать. Поверите ли? Я принялся долго и подробно рассказывать о том, как в Йеле открыл для себя Скита[68] — по-моему, она отчаянно боролась со сном и разочарованием. Мы только собрались расстаться, как подошел Шерман. Сегодня вечером он дежурил в посольстве. Это означало, что он должен ехать на работу и взять свою машину. А Салли хотелось остаться. Поскольку у меня на этот вечер был «шевроле» с двумя дверцами из посольского гаража, я предложил забросить ее домой по пути в свой «Сервантес». В общем-то, мне этого вовсе не хотелось, я бы с удовольствием уехал сразу за Порринджером — не нравились мне эти глаза параноика, смотревшие на меня сквозь толстые стекла очков, — но Салли сразу так погрустнела, ей так не хотелось уезжать, что я остался.
Немного позже мы пошли танцевать. Майнот Мэхью играл теперь разные варианты чарльстона. Я не умел танцевать чарльстон, а Салли умела, и мы отлично проводили время. Когда Майнот заиграл медленные фокстроты тридцатых годов — я запомнил названия двух из них: «Темно-фиолетовый» и «Звездная пыль», — мне показалось, что Салли что-то уж слишком стала ко мне прижиматься. Но такой полуфлирт, наверное, считается возможным, если муж находится в той же комнате. А его не было. Тут, к моему облегчению, нас разъединил Барри Кирнс, наш снабженец. Однако сев, я почувствовал раздражение: Салли, казалось, получала не меньшее удовольствие от танца с Барри.
Тем не менее, когда гости стали расходиться, Салли была со мной, и мы вышли вместе. По пути из Карраско в Монтевидео я так и не сумел найти тему для разговора, и мы промолчали всю дорогу. Мною владело такое же напряжение, как много лет назад, когда мы играли в Крепости с девушками в поцелуи — вот такая же тишина стояла, когда ты выходил с девушкой из комнаты. Помнится, мне всегда казалось, будто я иду по лесу в оттепель, и каждая капля тающего снега была частицей заранее предусмотренной цели.
Вскоре я остановил машину перед домом Салли, и она сказала: «Давайте объедем квартал».
