«Нет, нужды в этом нет», — согласился Хант.
«Я верна тому, кем восхищаюсь. Это вопрос принципа».
«Похвально», — сказал Хант.
«Так что, сеньор, интимно я Фиделя Кастро не знаю. Но моя подружка, — перешла на английский Либертад, — рассказала мне уйму всего».
«Хорошо, — сказал Хант, — перейдем к мозговой кости».
Либертад понимающе улыбнулась.
«Он мужчина как все», — заявила она.
«Могли бы вы это пояснить?»
«Молодой и сильный. Немного стеснительный. Говорит с женщинами о политике».
«Это вы узнали непосредственно от своей приятельницы, — спросил Хант, — или из сплетен?»
«Это мозговая кость, — сказала Либертад. — Он как все кубинские мужчины. Типичный эгоист. Сделал дело — и привет. Нормальный мужчина».
Хант был явно не в восторге: после всех своих стараний он узнал лишь то, что Фидель Кастро — нормальный мужчина.
«А как часто Кастро бывает в Гаване?» — спросил он.
«Пожалуй, раз в месяц».
Она вздохнула, как бы давая понять, что сказала достаточно, и тут вмешался Шеви: «Не хотите ли вы сказать, что не удовлетворены информацией, которую предоставила вам мой дорогой друг сеньорита Ла Ленгуа?»
«Я был бы удовлетворен любым ответом, полученным от столь очаровательной дамы, как ваша спутница, — заметил Хант, — однако, по моим источникам, Фидель Кастро последние два года не спускался с гор».
«Если Либертад Ла Ленгуа говорит, что он был в Гаване, — возразил Шеви, — я бы на вашем месте, сеньор, пренебрег вашими источниками».
«О, я, безусловно, посчитаюсь с мнением дамы, — сказал Хант. — Мы наведем дальнейшие справки».
«Это мудро», — сказал Шеви.
Молчание.
Пустоту заполнила Либертад.
«Я слышала, — сказала она, — что ваш друг Бенито Нардоне очень одинокий человек».
«Мне он представляется человеком очень занятым», — сказал Хант и положил на скатерть руки ладонями вниз, растопырив пальцы и как бы давая понять Либертад, что надо отступиться.
Либертад, в свою очередь, положила руки на пальцы Ханта, чего я бы не стал делать.
«Я хочу, — произнесла Либертад, — чтобы вы сказали Бенито, что он самый привлекательный мужчина, какого я встречала. Я имею в виду не только в Уругвае, а и во всех странах, где я была».
Хант вытащил руки из-под ее пальцев.
«Моя дорогая, я мог бы сказать ему это раз пятьдесят от имени дам, не менее привлекательных, чем вы, но я так не поступаю. Наши отношения на этом не строятся».
Ее глаза заискрились.
«И вы не сделали бы этого для меня?»
«Вы наверняка вполне довольны чудесным сильным мужчиной, который с вами».
