– Ты его видела? – спросил Дэмиен.
– Да, прямо сегодня вечером через веб-камеру, которую мы тут поставили.
– Он не выглядел сердитым или агрессивным?
Мара задумалась, вспоминая. Когда она увидела изображение на экране, у нее почти случилась истерика, так что образы были смутными.
– Нет, не думаю. У него будто не было эмоций вообще, словно он уже дошел до крайнего изнеможения. В полицейском отчете говорится, что он покончил с собой после смерти последнего ребенка и самоубийства жены, так что, думаю, он скорее всего был не в себе от горя.
– Подходит, – решил Дэмиен, и Маре показалось, что он немного расслабился.
– Это важно?
– Ну… – пожал плечами он. – Обычно эмоциональное состояние призрака не критично, но в доме, настолько бурлящем энергией… Если дух обижен или злится, он может атаковать тех, кто его потревожил.
Нахмурившись, Мара коснулась того места на руке, где остались следы ногтей женщины из спальни.
– А привидения могут причинить нам вред?
– Могут, если хватит сил. А ты с самого приезда подкармливала их своей энергией. – Дэмиен сдул пыль с валявшейся неподалеку подушки и предложил Эрике, которая все еще выглядела уставшей после медитации. – Вот почему с каждой ночью все сверхъестественное проявляется сильнее. Чем дольше ты здесь находишься, тем сильнее призраки.
– Блин, – пробормотала Мара. – А есть способ… я могу каким-то образом так не делать?
– При должной тренировке ты можешь научиться контролировать свою энергию. Но сейчас я бы посоветовал тебе постараться сохранять спокойствие. Чем сильнее ты пугаешься или тревожишься, тем активнее излучаешь энергию.
Дэмиен глянул на часы:
– Уже скоро. Эрика, ты как?
– Почти готова.
Мара вздрогнула и, обернувшись, увидела девушку на полу, расчищенном от вещей. Припасенным кусочком мела Эрика чертила на досках странные знаки и руны. Мара отступила на шаг:
– Это для чего?
– Поможет ей сфокусировать энергию. – Дэмиен указал на ближайшие к ним руны: – Вот эти должны помочь ослабить границу между нашими мирами, и Эрика сможет стать посредником. Вон те, – он указал на другую группу знаков, – защитные. А другие усилят ее способности.
В конце Эрика замкнула себя и не внушающие доверия пиктограммы в круг и встала коленями на подушку.
– Так, у нас все есть? Я не… ох, шалфей!
– Тебе нужен? – Дэмиен еще раз проверил часы. – Уже одиннадцать и две минуты. Я могу сбегать вниз и принести…
Впервые за все время Эрика выглядела встревоженной:
– Нет, ты нужен мне здесь. Справимся сегодня без него.
– Я могу сходить, – предложила Мара, и Эрика тут же обернулась к ней.
– Правда? Спасибо огромное. Он где-то на столе.
– Я мигом. – Мара повернулась к люку, полу-спрыгнула, полусъехала вниз по ступенькам, пробежала по коридору и по лестнице вниз. Кожу покалывало. Надвигалось что-то серьезное, и ждать оно не собиралось.
Мара кралась по холлу, через гостиную, стараясь ступать как можно тише. Она не знала, насколько важен был шалфей для ритуала Эрики, но, если он мог хоть как-то защитить их, Маре уже хотелось засадить им целый сад. Ну или хотя бы узнать, как он выглядит.
На столе в библиотеке по-прежнему горели три свечи, по стенам плясали тени. Кресло-качалка вновь завело свою монотонную песню, но Мара уже не обращала на нее внимания, роясь среди пакетиков и амулетов. Почти скрытый кошачьим черепом, на столе нашелся небольшой букетик мягких листочков. Поднеся их к носу и понюхав, Мара вздохнула: лучше бы ему оказаться шалфеем.
Убрав пучок в карман, она уже развернулась к двери, но, заглянув в гостиную, отпрянула. Плавно покачивающееся кресло-качалка уже не пустовало. Отвернувшись к окну, крупная рыжеволосая женщина размеренно отталкивалась носочками от пола.
Напряжение переросло в панику. Она знала, что не должна бояться, но сердце выскакивало из груди, воздуха не хватало, и Мара прижалась к стене.
