— Хм, дай подумать, если ЭТО произойдет, то я больше не смогу тебя отпустить. Никогда, понимаешь?
— И что значит это твое никогда?
— Это значит никогда.
— То есть ты, постель, и золотая клетка?
— Именно так, ты, постель, и миленькие апартаменты в святилище Матери всех драконов. Только там достаточно безопасно для тебя, для нас обоих.
— Ах ты, негодяй! — разозлилась я, сползла с его колен и отодвинулась подальше. Подальше было холодно, поэтому я приползла обратно, но на колени больше не заползала. Там ЭТО мешается, и воображение будоражит, и гормоны мои взбесившиеся, и вообще, мой разжиженный его присутствием мозг, который и так скоро в желе превратится, от счастья такого неописуемого. Это ж надо, он, решился. Вот только апартаменты эти…
— А другого варианта случаем нет? — спросила я, но сразу ответа не получила, потому что Гром начал медленно спускаться, планируя на своих огромных крыльях в сторону горы Сиель, и завис у какого-то каменного выступа. Не успела я спросить, как Инар подхватил меня на руки и спустился с дракона.
— Где это мы?
— О, это совершенно особенное место, — прошептал мой невыносимый соблазнитель, и стоило нам только войти внутрь этого самого места, я поняла, что так и да, это место совершенно особенное.
Большая светящаяся пещера, от стен которой исходила такая мощь… в ней было тепло, на полу лежали звериные шкуры, а где-то там, в самой глубине, мне показалось, что я слышала звук водопада.
— Инар, это то, что я думаю? — пораженно прошептала я.
— Если ты думаешь, что это святилище, где истинные пары нашей семьи закрепляли связь, то да — это оно и есть.
— Значит, все это правда? И ты действительно хочешь…
— Любить тебя? Сделать своей без остатка? Да, я этого хочу. Тебя, колец, свадебных клятв и долгой жизни вместе.
— И мамы, — некстати вспомнила я. И, кажется, он намеренно озвучил сейчас второй вариант. В святилище не так страшно, как с мамой.
— М-м-м. А я могу подумать? Это так заманчиво.
— Да неужели? — скептически выгнул он бровь, а я вдруг поняла, что если не сделаю кое-чего, то просто умру, здесь и сейчас. И я коснулась его щеки, погладила ее, а потом наклонилась и поцеловала в губы. А он вдруг загорелся, снова подхватил меня на руки, но через секунду опустил на теплые, пахнущие мятой и какими-то цветами шкуры. И как же он меня целовал. Я думала, задохнусь от всего этого восторга, и этот язык, безумный, то проникающий вглубь, то облизывающий губы, то играющий с моим языком, то снова отступающий. Да ни один мужчина, никогда в жизни с ним не сравнится, будь он хоть трижды парнасец. А вот то, что последовало дальше, мне совсем не понравилось. Точнее понравилось, и даже очень, когда вдруг его губы сместились вниз, а руки вдруг, и как-то неожиданно разорвали платье, давая доступ тому, что недавно гладили руки. Сейчас они гладили, но только одну грудь, а вторую целовали, и лизали и…
В общем, когда я поняла, что если немедленно все не прекратить, то ЭТО все-таки будет, потому как кое-кто не только на меня переместился но еще и… короче занялся активным процессом освобождения себя любимого от одежды. А это меня категорически не устраивало. Нет, нет и нет! У меня тонкая душевная организация, я не хочу в казематы, и к маме тоже не хочу, и Инара очень-очень хочу, но к маме не хочу больше. В общем, пока размышляла, поняла, что попала, в смысле, Инар успел снять большую часть одежды. И ту часть, где ЭТО было, тоже. Вы спросите, а что же осталось? Туфли, расстегнутая рубашка и носки. Ну, прямо эпический герой любовник, дохлый дракон, но как же я его хочу, вот прямо всего, и прямо сейчас, и чтобы лишил меня этой демоновой девственности, наконец. Но тут в мыслях всплыла мама и я резко сказала:
— Нет!
— Нет?
— Нет!
— Точно нет?
— Точнее не куда. Я тебя люблю и все такое, но я хочу в Арвитан.
— Хочешь променять меня на практику в Арвитане?
— Ну, нет. Я… я…
— Да, да? — прошумело там где-то в районе все той же груди. Мозги уплыли, и я не договорила. А вот когда его глаза возникли где-то в районе лица, а в них огонь не пылает, бушует, и лицо такое решительное стало, а я поняла, что сейчас вот оно и случится, эпический момент, так сказать. Тут мои мозги снова приплыли. И я вдруг выдала:
— Меняю интим на практику в Арвитане.
— Что? — не понял любимый. И даже остановился в самый, так сказать ответственный момент.
— Хочешь это тело, плати. Отпустишь в Арвитан, будет интим. А не отпустишь, будем мы оба страдающие и неудовлетворенные. Решать тебе.
— Клем, любовь моя, как-то это все поздновато, не находишь?
— Нет. В самый раз.
— И ты всерьез думаешь, что сейчас я остановлюсь? Сейчас?
— Даже не сомневаюсь, что не остановишься. Но потом мы будем долго и нудно ругаться, и в итоге я сбегу, и буду дуться на тебя, и обижаться, и вообще, у меня жених есть, почти… Из-за тебя, между прочим.
— Вот не надо сейчас про жениха.
— В Арвитан отпустишь?
— О боги, женщина, я тут собираюсь нарушить все свои клятвы и практически убить нас обоих, а ты…
— А я хочу в Арвитан.
— Р-р-р! Ладно, будет тебе Арвитан, довольна?
