Да, да. Я помню, что последний раз, когда выходила на улицу, меня чуть не затоптали, но сейчас мы надеялись быстренько добраться до Дивии, заглянуть ко мне домой и вернуться во дворец до того, как кто-нибудь обнаружит пропажу. К тому же мальчики честно и верно обещали изображать нас, говорить фальцетом и, если надо, представить любопытным идеальную картинку моего храпа в кровати и фальшивого пения Теи в ванной. И я очень надеялась, что желающих лицезреть этот ужас не найдется.
Выбравшись в город, мы решили на главной улице не мелькать, пошли дворами и крадучись, слегка шарахаясь от прохожих, добрались до дома Мариссы. Где-то почти бежали, где-то сворачивали в проулки, но все же обошлось без приключений. Дивия, естественно, удивилась нашему не совсем стандартному виду, но благоразумно не стала задавать лишних вопросов. Мы быстренько примерили платья, наказали няням, чтобы завтра к вечеру они сами лично доставили их к нам, снова в мельчайших деталях обсудили план и попрощались до завтра.
К деду топать не хотелось, и я всячески пыталась отбрыкаться от сомнительной чести, но Тей настояла, на мою голову. Как оказалось, дед принимал гостей, и не кого-нибудь, а моего потенциального жениха, и его родителей.
— Э… Здрасти! — выдала я, узрев сию славную троицу на диване собственной гостиной. И Кахаар, мельтешащий где-то позади, с виноватой улыбкой. А я вся такая, в мужском наряде. М-да! Будущие родственники прониклись. Экхар младший криво усмехнулся, а Тей повезло, она решила меня в садике подождать, и пред славной компанией не предстала.
— Клементина! — гаркнул дед, да так, что люстра затряслась, огромная такая, из бронзы, кажется. Родственники поглядели, как она медленно раскачивается, проводили ее туда-сюда, и слаженно отодвинулись, причем вместе с диванами. Благоразумно.
— Ты почему вчера не вернулась домой? И в каком виде явилась?
Да уж, не вовремя дед задал этот вопрос, ой не вовремя.
— Я… занималась непотребствами, — счастливо выдала я. — С мужиками. Их было двое, нет, трое. И три девки. Мы пили, много пили, буянили, и даже кого-то похитили.
У будущих родственников отвалилась челюсть, у деда не отвалилась, но глаза увеличились раза в два, а то и в три.
— И да, прости дорогой, но я тебе изменила. Всю ночь проспала с мужчиной. Вот!
Дед позеленел, родственники покраснели, а Экхар младший… гад такой, расхохотался. Мерзко так, понимающе.
— Мам, пап, успокойтесь. Парс во дворце кутила с принцессой на пару, в компании однокурсников наших. И единственным непотребством там было, когда организатор запустил в тебя огнем, а я подкорректировал и доспехи оплавились. Думал, ты под ними голая, а оказалось…
— Ты что сделал? — рассвирепела я, когда до меня дошел смысл сказанного. — Ты там был?
— Там полдворца было, дорогая. Потом появился повелитель, полюбовался на ваши попытки изловить икающего организатора, и выставил всех вон из главного зала.
— А дальше? — и заметьте, это спросила не я.
— А дальше мы все вышли. Остались только четыре пьяные в хлам девицы, повелитель, его Тень и Солнечный принц.
— Демоны, а я так надеялась, что мне привиделось, — простонала я, усаживаясь рядом с Экхаром.
— Надежда твоя не сбылась, дорогая, — заверил Экхар и собственнически похлопал меня по коленке.
— Дорогой, — разулыбалась я, изображая драконий оскал, и наклонилась к самому уху для пущей убедительности. — Еще раз меня пальцем коснешься, и я тебе руку откушу.
— Жду не дождусь, — улыбаясь не менее «обаятельно» и многообещающе, заверил Экхар младший.
— Кажется, наши детишки поладили Айгон, — радостно возвестил папа Экхар, а мы с дэйвом слаженно скривились. Родители же этого не заметили, и вознамерились перейти к столу, а дед, отойдя от культурного шока, предложил:
— Клементина, я думаю, ты не откажешься показать нашему юному гостю дом.
— Конечно, дедуль, — просияла я, аки магический фонарик. — Тем более что скоро это будет уже его дом, а мы с тобой пойдем побираться.
— Клементина!
— Ох, прости, ты пойдешь побираться, а я развлекать богов за гранью.
— Клементина!
И люстра опять красиво закачалась, а мы с Экхером решили убраться подальше от сомнительного счастья быть погребенными под ее бронзовым великолепием.
— Интересное у тебя видение совместного будущего, — заметил Экхар, когда я решила начать нашу экскурсию с моей спальни.
— Ты так думаешь?
— Парс, а ты хотя бы контракт читала?
— Нет, а зачем?
И что это мне все про этот контракт талдычат? Можно подумать, я в нем что-то новое увижу.
— А ты почитай как-нибудь, на досуге, — загадочно предложил дэйв. — Думаю, он тебя впечатлит. И вот хотелось бы мне узнать, с чего это составитель этого контракта так расстарался?
— Расстарался? — хмыкнула я, роясь в шкатулке с украшениями. К моему чудо платью нужно что-то удивительное и изящное, но не чертовы фамильные драгоценности рода Агеэра. О! Нашла, кулон с опалом в виде капли и таким же опаловым браслетом с очень редким фиолетовым оттенком. Мне его дедуля Парс подарил на шестнадцатилетие, жаль, что его самого на балу не будет. Дела.
