Я хотела сбежать, что и сделала. Телепортировалась в ближайшее безлюдное место. Озеро Уллокрик, где не было ни одной живой души. Место, где с родителями проводили очень много времени. Где не было запятнано ни одно наше воспоминание. И ни один человек не скажет что-то о них плохое.
Сев на берегу и наблюдая за прозрачной гладью, я обхватила свои колени руками и тихо начала плакать. Так, чтобы никто не слышал. Я столько терпела, что не позволяла себе просто так лить слезы. Но, сейчас уже не были никаких сил. Слезы сами капали на мою одежду, а внутри сердце разрывалось на части. Вдыхать воздух становилось всё труднее и труднее. Становилось холодно и страшно. Неужели всё это правда? Как с этим жить дальше?
Опасность, оружие, ложь и предательство. Что может быть хуже? Всё это, всего за каких-то две недели. Я узнала, кто мои родители, я узнала кем они не являются. И стоит ли верить хотя бы одному их слову? Или слову людей вокруг? Почему всё настолько сложно? Я не могу решать сейчас все эти проблемы. Мне нужно трезво думать, но такой роскоши мне никто не даёт.
— Мама, папа, — тихо шептала я, надеясь, что вода донесет до них мои слёзы. — Я хочу вас увидеть. Хочу всё узнать. Я просто хочу…
Я не могла верить Арии. Кто она вообще такая? Она не может быть моей матерью! Почему тогда она всё это время находилась где-то далеко? Она меня бросила? Отказалась? Откуда она вообще узнала о том, где я? Она такая же, как и я?
Столько вопросов. Столько неизвестных мне слов. Всё вокруг казалось бессмысленным, а слезы все также лились. Истерика накрыла с головой. Я больше не могла себя сдерживать, и я яростный рык послышался так, словно раненое животное стонало от боли. И им была я. Никто мне не поможет, никто… Я осталась сама. Родители не могли меня предать… Или могли?
— Как ты меня нашёл?
Я почувствовала, как позади меня стоит Линкольн. Он находился там уже с минуту, но я не стала реагировать на него. Мне совершенно было все равно. Он не поймёт меня. У него, как я поняла, детство прошло в "Фениксе", он ничего не знает о нормальном детстве. Или знает? Хотя это не имело никакого значения.
— Как я тебя нашёл? — переспросил он, я повернулась, чтобы посмотреть на него, попутно вытирая слезы рукавом. — Это было не сложно.
Его глаза устремились на ближайшее дерево, а сам он выглядел так, словно не видел того, что я недавно рыдала здесь, как потерянный ребёнок. На самом деле им я и была.
— Твои мысли… Может это наша связь, я слышал тебя даже на расстоянии сотен километров, — спокойный и рассудительный. Он слышал меня? Но, почему? — Мне кажется, я единственный человек, которого ты хотела бы сейчас видеть. И… Ну, я понятие не имею, как это работает, прости.
Его глаза стали темнее, а взгляд помрачнел. Кажется, он говорил правду. И мне немного стало легче от того, что он был здесь. Может, я этого не признаю, но сейчас, кажется, он тот, кто мне не лгал. Даже тогда, когда сказал, что он бывший агент и он не лгал. А мои родители, только и делали, что скрывали правду, каждый божий день. Им не надоело это? Думали ли рассказать мне обо всём?
Парень подошёл ко мне и присел. Я не возражала. Мне все ещё было безумно больно, сердце рвалось наружу, когда мысли хаотично метались и бились о стенки разума, наслаждаясь тем, как оставляют там шрамы. Я чувствовала, как похолодели руки и стало трудно дышать. Лучше бы, я никогда не узнала правду.
— Я слышал, что твоя мать это Ария, та женщина, которая пришла, — начал он, — она говорила правду. Коннор и Лесли, не твои биологические родители об этом знал весь "Феникс" и то, что они имели личное задание. Им была ты. Однако, видимо они все же считали тебя своим собственным ребёнком, раз рискнул шеями, чтобы уберечь тебя от организации. Я не могу тебе всего сказать на их счёт. Это лучше услышать от кого-то другого. Но, я понимаю тебя. В детстве… моя мать умерла, и я остался жить с отцом. Когда он узнал о моих способностях заставлял делать разные гадости. И эта жизнь была хуже ада. "Феникс" дал мне новый дом. У меня, впрочем, не было выбора. Или я стал бы агентом, или пришлось бы находится в Цитадели и гнить, пока тебя изучают. Естественно, я выбрал первое.
— Мне жаль, Линкольн, — только и смогла проговорить я. — Тебе не стоило рассказывать мне об этом.
— Я захотел сам, — честно признался он, и мне стало ясно, что сомневаться в нем пока не буду. — Всё же, Айрин. Как я сказал, твои знания, всего лишь верхушка айсберга. — На секунду он притих и с сочувствие посмотрел на меня. — Мы можем посидеть здесь ещё немного, если хочешь?
Слегка кивнув, я перевела взгляд на озеро. Мама всегда называла меня ребёнком воды. Где бы я не была, куда бы не шла, я всегда находила речку или озеро и не уходила оттуда, пока не уволакивали меня на руках. К тому же, я просто обожала дождь и гуляла под ним, когда тот шёл. Это приносило мне счастье.
