задрожала. Я хотела обнять его, но видела по нему, что ему нужна дистанция. Я не знала, что
мне делать.
Ашер склонил голову, он услышал что-то, что я не могла слышать.
- Нам нужно идти, - сказал он тихо. - Твой отец только что послал Люси искать нас.
Мы отправились назад, и я тащилась позади Ашера. Когда Люси увидела, как Ашер и я,
между нами большое расстояние, вышли из леса, её торжествующее выражение лица пропало.
Она бросила на меня вопрошающий взгляд, который я проигнорировала.
Вовремя ужина Ашер почти не говорил. Мои родители заметили напряжённую атмосферу
в комнате и подумали, наверное, что мы поссорились. Они делали всё возможное, чтобы
поддерживать разговор, в то время как я передвигала еду на тарелке туда-сюда, а Ашер
вежливо отвечал на их вопросы о том, чем он планирует заняться после старшей школы. В его
планах было также обучение на фотографа, в Нью-Йоркском институте поблизости от
Колумбийского университета. Ответ, который меня удивил, потому что мы ещё не говорили о
будущем.
Чем дольше длился разговор, тем паршивее я себя чувствовала. Когда я позже провожала
Ашера к двери, он поцеловал меня, и смотря на то, как он уходит, мне хотелось реветь.
В последующие дни, после выпускного вечера, тоже не стало лучше. На мне лежало
бремя невероятного синдрома ожидания. Я почти желала того, чтобы была уже пятница, и я
сидела в самолёте.
Брендон думал, что я солгала в отношении Марины, только не мог точно сказать,
насколько. Ни один раз он пытался убедить меня в том, чтобы я доверилась ему, а мои
отговорки раздражали его. Люси ненавидела меня за то, что я уезжала.
Мои родители наблюдали за мной печальными глазами, что ещё больше подстёгивало
моё чувство вины. А Ашер ...
~38~
Коррин Джексон – Прикосновение: Призраки прошлого
Corrine Jackson – Pushed (Die Schatten der Vergangenheit)
(Похитители чувств #2 / Sense Thieves #2)
Он избегал меня. Когда я звонила ему на мобильный, то включалась лишь голосовая
почта. Звонила домой, и у Лотти всегда были какие-то отговорки, почему он не мог подойти к
телефону.
Габриэль был менее дружелюбным, когда я позвонила в двадцатый раз.
- Это неправильно ехать туда, - сказал он напрямую, после того, как я сообщила, когда
улетаю. В надежде, что Ашер по крайней мере отвезёт меня в аэропорт.
- Это понятно, что Ашер и ты думаете так. - После этого он замолчал, и я представила себя
сердитое лицо Габриэля. Нет, правда, он ведь заботился лишь о том, чтобы с его семьёй ничего
не случилось. Значит, должен был бы быть за мою поездку.
- Ты не считаешь, что мне стоит выяснить всё, что только возможно о моих способностях? -
привела я аргумент. - Я просто не хочу, чтобы Ашеру приходилось постоянно защищать меня. И
если существует шанс, помочь вам всем ... сделать вас смертными, разве ты этого бы не
захотел?
- В твоей последней попытке, сделать одного из нас смертным, ты чуть не стала одной из
нас. Ты думаешь, что мы ненавидим тебя так сильно, что желаем тебе этого?
Я не знала желаний Габриэля и Лотти, но я знала, чего хотел бы Ашер. Знать, что я в
безопасности и хорошо защищена. Но я так же научилась и тому, что для своих целей нужно
чем-то рисковать.
- Я еду, - настаивала я.
- Ты при этом погибнешь.
- Это звучит почти так, будто я что-то для тебя значу, защитник.
После этих слов Габриэль повесил трубку, будто хотел показать, как я ошибаюсь.
За день до моего отлета Бен пригласил меня на завтрак в кафе «Seaside». Попивая кофе,
он смотрел вдаль на бухту. Отец не хотел, чтобы я уезжала. Я чувствовала это, также как
чувствовала его тревогу и грусть.
Дана, наша постоянная официантка, налила мне уже третью кружку кофе. Бен наблюдал,
как я положила туда сахар и добавила сливки.
- Ты должна лучше заботиться о себе.
Он положил руку на спинку коричневого сиденья.
- И пить меньше кофе.
Я показала ему язык. Он засмеялся.
- Нет, серьезно. Ты будешь предоставлена сама себе.
Он снова стал серьезным.
- А ты не хочешь немного повременить с поездкой? После всего, что случилось в этом
году, все это слишком неожиданно для меня.
- Папа, перестань волноваться. Все будет хорошо. Ты же знаешь, что я могу постоять за
себя.
Его лицо на несколько мгновений помрачнело. Отца все еще мучило чувство вины, и это
наверняка будет продолжаться еще довольно долго. Я научилась сама заботиться о себе,
потому что не было никого, в том числе и его, кто бы мог поддержать меня. Я успокаивающе
дотронулась до его руки и заодно вылечила его неровно бьющееся сердце, хоть это и было
бесполезно.
~39~
Коррин Джексон – Прикосновение: Призраки прошлого
Corrine Jackson – Pushed (Die Schatten der Vergangenheit)
