Да, я понимаю, когда Миша потом говорил, что "не хочет дать повода". Но когда разведка докладывает, что не только Франция, но и ее сателлиты Бавария, Австрия, да Саксония с Польшей проводят мобилизацию и перебрасывают войска к российской границе, — не "по поводам" речь!
Нужно спешно перевооружать армию и переводить экономику "на военные рельсы"! Поведенье Сперанского осенью того года — мне лично было не очень понятным.
У меня на сей счет такое вот наблюдение. В дни войны, когда жгут дома и посевы, насилуют женщин, детей, да рушат святыни, я часто видел странных людей…
Они как ни в чем не бывало ходили на рынки и в церковь, являлись на службу и вид выжженного изнутри министерства не вызывал у них изумлений. Они подходили к выбитой двери своего кабинета, садились на покореженный стул, раскладывали бумаги на почернелом столе и… делали вид, что работают.
Самое удивительное, — они просто не отдают отчет в том… что действия их (мягко говоря) "немного неправильны". Впрочем, сие — дело врачей и я советую почитать работы Шимона Боткина и француза Ларре. (Война не делает исключений — такие расстройства были по обе линии фронта…)
Лично мне кажется, что поведенье Сперанского в эти дни было сродни такому заболеванию… Так Диктатором стал Аракчеев.
(Дядюшка мой оказался иным "клиническим случаем". Он "не кончил Войну" аж через десять лет после дня Ватерлоо…! Поэтому-то и "вернулся Сперанский".)
В эти дни у меня случилось два разговора: я был представлен брату моему Nivola и сошелся накоротке с Аракчеевым.
Впрочем, здесь стоит оговорить один тонкий момент. Многие спрашивают, почему Власть так поздно пришла в мои руки.
Ответа может быть два. Простой: потому что так вышло. Сложный: а по-другому у нас в Ливонии и не выходит…
"Сила" моя состоит в егерях, а они — уроженцы Ливонии и живут по "ливонским понятиям". Тем самым архаичным "понятиям", кои бытовали у русских в "варяжские времена.
(Для политика уменье понять "сознанье обыденное" в сто крат важней любой экономики с эрудицией!)
А что говорит "сознанье обыденное" на "родимых болотах"?
Сын — не смеет "взять отчину", покуда живы "отцы", — отец и дяди ровесники его батюшки (при условии, — что дяди сии — члены того самого Дома, коий Властвует).
На первый взгляд — заковыристо, а на самом-то деле — все очень согласуется со здравым смыслом.
Укоренившееся в наших краях "хуторное землевладение" требовало жесткого соблюдения Прав Собственности. Старшие сыновья очень рано "отрывались" от "отчего дома" и "ставили свои хутора". При этом подразумевалось, что члены Единой Семьи при раздельном хозяйствованьи обязаны помочь родственникам в случае внешней угрозы. Кто возглавляет сие "семейное ополчение"? Старший "по возрасту и по чину". С одной оговоркою.
"Сознанию единоличников" претит, что "у Руля" — "рвань", "молодежь", или — "люди неуважаемые.
Поэтому "от Команды" сразу же отстраняются:
— потомки тех, кто никогда не был у Власти. (Вспомните русскую летопись: "Не Княжит тот, чей отец не был Князем"!);
— потомки тех, кто Власть потерял. (Эпизод с Олегом Черниговским и вообще "Святославличами", иль… потомками Кристофера Бенкендорфа);
— законные сыновья бывшего Князя, если они… оказались по возрасту сравнимыми с "поколением внуков". (Случай с Судиславом Владимировичем);
— законные сыновья бывшего князя, если живо "старшее поколение" законных властителей". (На первый взгляд — непонятное постоянное "умаление" того же — Владимира Мономаха его же "родней" до дня смерти последнего "дяди", — каким бы слабым и ничтожным сей "дядя" не был.).
Наконец, — "обыденное сознание" запрещает "племянникам" участие во "Власти Дядей". (Кто из детей Рюрика хоть как-нибудь "проявился", пока был жив "вещий Олег"? Да о них — даже не упоминали и в летописях, — настолько для тогдашнего "обыденного сознания" они нисколько не значили!)
Все это было и на Руси, и в Германии, и в прочих архаических обществах. Другое дело, что в России с Германией постепенно развились более совершенные образчики Государства и Права, а "Ливония" (а вместе с нею — Литва) по сей день почитаются "заповедником архаизмов.
В 1811 году был жив мой отец и мой дядюшка — Бенкендорфы. Мало того, по возрасту я не был "ровесником" кузенам по матушке — Александру и Константину Романовым.
Обратите внимание, — "Ливония" была и остается моей "Отчиной". Страной, коей я "володею и правлю" по всем "Законам" с "понятиями" моих егерей. "Право" сие для них — Свято и любой Государь Император, пожелавший отнять у меня "лютеранские земли", встретил бы "пару сюрпризов". (Это хорошо понимают все в доме Романовых и на этом основана нынешняя "полу-автономия" Финляндии, Эстляндии и Лифляндии.)
В то же самое время, — мои претензии на "Россию" — по женской линии, а сие для "сознания обыденного" — большой грех.
Сила моя в егерях, а они "по понятиям" против того, чтоб я "правил Русью" — сие мне "не Отчина"!
