Стэн резко выглянул в освободившийся проём. Тёмный силуэт Вэйна, наполовину торчащий из снежного склона, медленно отдалялся, шевеля рукой в воздухе. На экране перед глазами истекал таймер. Стэн огляделся по сторонам, секунду поколебался, затем, вдохнув глубже, резко оттолкнулся ногами от поезда.
Глава 2
– Слабоумие и отвага? – Вэйн подошёл к лежащему в снегу парню. На спине – рюкзак, на груди – сумка. Но в его руках появились складные палки, а на ногах – небольшие снегоступы. – Ты зачем это сделал?
– Не знаю. Внутренний голос сказал. Почувствовал, что иначе конец.
– Ты идти можешь, Голос?
– Нет, кажется. Одна ступня не шевелится, встать не смогу.
– И вещей нет? Ну, тем хуже для тебя. Прощай. Обманул тебя твой голос.
– Да, глупо получилось. Дед, ты что, тут меня и бросишь?
– Ну конечно же да. Как там тебя? Стэн? Говори, что родным передать, и я пойду. Или ты думаешь, что я буду тебя тут с ложечки кормить, пока ты снова танцевать сможешь?
Стэн молчал.
Вэйн задумался, навалившись на свои палки. Посмотрел на часы, на темнеющие облака. Закрыл лицо руками. Постоял так с минуту, принимая решение.
– Хватит мокнуть в сугробе. Давай свой зад сюда. Нам не повезло с погодой, надвигается пурга. Бросить бы тебя, и через три часа никаких улик. Но мне и одному в пургу хода нет. Давай, давай, что у тебя там с ногой? Отлично, перелома нет. Ещё сбегаешь мне за пивом когда-нибудь, если ума хватит дожить. Держи палку, руку на меня и похромали. Тут не так чтобы близко, но выбор невелик.
Когда они добрались до нужного места, уже почти стемнело, и началась пурга. В отвесной стене нашлась глубокая ниша, видимо не в первый раз служившая Вэйну убежищем. Стены её были специально закопчены, чтобы увидеть издалека на фоне заснеженного склона. Вэйн развёл огонь, разрезал пополам походный коврик и принялся наводить в большой металлической кружке что-то очень приятно пахнущее.
Стэн уселся, прислонившись к стене, вытянув больную ногу. Он заговорил первым.
– Как тебя зовут, дед? Хочу поблагодарить.
– Зови меня Вэйн. Поблагодаришь, когда домой своими ногами придёшь. А тебя? Эти собачьи клички на шевронах – ваши имена?
– Позывные. Мы служим в одном подразделении. Так и зови. Если не вернусь, адвокат сделает всё, что нужно. Кстати, мои ботинки завещаю тебе, если что.
– Твои мне не подойдут. Но спасибо, отнесу на ярмарку, не пропадут. А в свободное от службы время вы решили подработать добычей Минерала? И хорошо подготовились?
– Ну да. Нормально собрались.
– И где всё? У тебя что с собой есть?
– Нож, компас, мультитул. Ну, документы, деньги, – Стэн быстро ощупал карманы своего кителя.
– Отлично. Сбегай-ка, друг, в магазин за печеньем. Чем ты думал, когда прыгал с поезда? Что у тебя в планах было на ужин? – Вэйн вопросительно уставился на него.
– Я не думал, я почувствовал. Такое животное чувство, что если не прыгну, всё кончится. Вряд ли это можно объяснить, но такое бывает со мной и никогда не подводит.
Вэйн продолжал внимательно разглядывать собеседника.
– А сейчас что чувствуешь? Не жалеешь, что прыгнул?
– Трудно сказать. Скорее – нет, не жалею.
– Ну, ещё бы, – Вэйн поставил кружку на камень рядом с костром. – Значит расклад такой, Прыгун: у меня продуктов на шесть дней для одного. Пока мы сидим, порции урежу вдвое. Про подъём наверх придётся забыть. Как только сможешь идти, вернёмся на станцию по-тихому и разбежимся. Там и отблагодаришь, сумму я назову.
– Согласен, – Стэн закрыл глаза, с жадностью втягивая носом запах из стоящей на огне посуды.
Вэйн вытер салфеткой ложку, воткнул её в кружку, где уже закипала тёмная густая масса. Положил рядом пару галет.
– Приятного.
– Спасибо, – Стэн, стараясь не показать, насколько он голоден, осторожно взял кружку и принялся есть.
– Очень вкусно, – сказал он через пару минут. – А что это?
– Сушёное мясо, овощи, витамины. Делаю сам. Ну, хватит лирики. Спать придётся сидя. Если что – кричи, никто не услышит, кроме меня.
– А здесь безопасно?
– Думаю, да.
– Вэйн, что ты знаешь про Нех?
– Захотелось страшных историй на ночь? – поевший Вэйн стал добрее. – Какое-то время я жил среди местных индейцев. Этот малый народ кочует в окрестностях Пика небольшими семействами. Гора для них священна, и бла, бла, бла. Если ты пошёл на Пик, тебя не тронут. Они посчитают тебя добровольной жертвой Великому Духу Нех, обитающему здесь. Но если ты вернёшься, да ещё с полным рюкзаком чего-нибудь, то они будут этому не очень рады. Можешь случайно споткнуться, удариться о камень или ещё что-нибудь. В горах всякое бывает. Сейчас стало спокойнее, некоторые из них сами берут Минерал. А из того, что я видел и слышал про Нех, сделал вывод, что это точно не зверь и не человек, хотя твой запах имеет значение. Невозможно так искалечить, не оставив следов. Ни крови, ни следов на снегу вокруг. Ничего. Только спящий вдруг становится на метр короче снизу, вот и всё. И, естественно, не просыпается. Великий Дух, не иначе. Не бойся, твоей дефектной ногой он побрезгует.
– А про Минерал что можешь сказать?
