– Знаешь, что, ты меня не пугай, и никого на месте этого парня не представляй. Я уже скорую готова была вызывать. Ты же позеленела вся.
Наташка уселась на свое место, но в глазах еще плескалось тревога на счет подруги. А вдруг опять позеленеет? Надо тогда успеть позвать на помощь, скорую вызвать или МЧС, потому как сама она ничего в спасении жизни не понимает, а в аптечке даже валерьянки нет. Только жаропонижающее да пластырь. Для Игореши, конечно.
– Наташ, да не переживай ты так. Со мной все в порядке. Просто я испугалась вдруг почему-то. С утра держалась, держалась, а сейчас, наверное, стресс дал о себе знать. Хорошо, что ты со мной оказалась, а то грянулась бы сейчас на пол, да еще Игоря, не дай бог, разбудила бы. А он у меня знаешь какой? Натура тонкая и чувствительная. Его от всех волнений беречь надо.
– Тебя саму от волнений беречь надо. До сих пор белая, как простыня, – рассердилась Наташка, – давай лучше про следователя говорить… или про работу. Это еще лучше, а то следователь нас все равно на труп выведет. Тут она хихикнула, потому как поняла, что последнее утверждение выглядело несколько двусмысленным. – Как твой Сашка? Не догадался еще тебе предложение руки и сердца сделать? По-моему, давно пора.
– Да с чего ты взяла, что он собирается мне предложение делать, – возмутилась Агния. – Мы с ним просто друзья, сто лет знакомы и все. Он ко мне вообще никакого интереса как к женщине не проявляет.
– Ага, не проявляет, только на работу взял, отпуск и отгулы по первому требованию дает, премию регулярно начисляет, – съязвила Наташа. Разговор про кавалеров был ее коньком, ей казалось, что в этом вопросе она настоящий профессионал, и все поступки потенциальных женихов раскладывались по полочкам, как у настоящего психоаналитика.
– Премию он всем начисляет, а не только мне, а отпуск дает из-за Игоря, – возразила Агния, – я же единственная женщина среди продавцов в магазине, остальные – парни, все неженатые, им все равно, когда отдыхать. Тем более они не на дачу во Владимирскую область едут, а на Красное море, или на Средиземное, а туда все равно, когда ездить, в августе даже хуже, потому что и путевки дороже, и жара такая, что весь отпуск нужно или в номере с кондиционером сидеть, или в закрытом бассейне. Радости никакой. Так что не придумывай всякие глупости. И вообще, и тебе, и мне спать пора, одиннадцать уже, а мне в полседьмого вставать, Игорю завтрак готовить. Может, у нас останешься? Кровать широкая, я тебе одеяло дам отдельное…
– Да, я бы с радостью, – загрустила Наталья, – но ты же знаешь, бабушку одну надолго оставлять нельзя, вдруг ей плохо станет, а меня нет. Надо идти. Завтра вечером зайду, пирожных куплю. У меня аванс, можно немножко пошиковать. А ты, если тебя следователь вызовет, все-таки обрати внимание, есть у него кольцо или нет, а может и про жену удастся что-нибудь выяснить, – все-таки тема личной жизни была у Наташки номер один.
– Иди, сваха ты моя, – засмеялась Агния, поцеловала подругу в щеку и пошла за ней в коридор.
Когда дверь за Наташкой закрылась, а все замки были заперты с особой тщательностью, она легла и, перед тем как заснуть, мысль о том, что она не слышала звук выстрела? Или теперь пистолеты такие бесшумные делают? Минута за минутой она восстанавливала в памяти сегодняшнее утро. И только пятнадцать минут, проведенные в душе, могли быть оправданием этой странности. И почему следователь, как-то странно интересовался ее работой? Работа-то тут причем?
………………….
На следующее утро на работе царило оживление. Грузчик с охранником стояли около входа навытяжку, как новобранцы перед присягой, два продавца надраивали полки с лаками и пропиткой, что само по себе было неслыханно. Обычно они всячески отлынивали от этой работы, сваливая ее на Агнию. Видимо, считали это женской обязанностью. Агния посмотрела на них с изумлением и пошла переодеваться. В раздевалке околачивалась Ирина, кассирша. Она явно ждала хоть кого-то, кому могла сообщить новости.
Ирина приходила всегда раньше всех в надежде, что ее рвение начальство заметит и оценит по достоинству, желательно повышением по службе. То, что для повышения, кроме рвения к работе, нужно еще и образование, в голову ей не приходило. Десяти классов и трехмесячных курсов продавцов-кассиров, по ее мнению, для блестящей карьеры было более чем достаточно. При этом она была безобидной и смешливой, всем пыталась угодить, и никогда никого не закладывала, хотя на работе случалось всякое. Если кто-то опаздывал, а директор интересовался, где в данный момент работник, она тут же докладывала, что тот только что звонил, что автобус, в котором он едет, попал в аварию, работник вынужден идти пешком почти с самой объездной, поэтому и задержка. Причем несла явную околесицу, но делала это так наивно и смешно, что даже у Сашки рука не поднималась уличить ее во лжи и наказать. Впрочем, на работе Сашка для Агнии был Александр Кириллович. Свою дружбу с начальником Агния не афишировала.
