— А что мешает мне откочевать вслед за ними? Или, как вариант, можно заселить нашего гостя в вечно пустующую комнату английского дарования.
Устремив палец в небо, меня тут же просветили.
— Разделить с тобой комнату хочет не абы кто, а представитель семьи Дюнуа. Это не каждому предлагают, цени!
— Эвон как! Впрочем, мой ответ нет.
Тяжело вздохнув, явно напоказ, моя собеседница заговорила серьезно.
— Тут не всё так просто, как кажется.
— С этого места поподробнее, — заинтересовался я.
— Ичика, ты вообще хоть что-то знаешь о международном холдинге «Дюнуа-Инкорпорэйтэд»?
— Исключительно по верхушкам. В рамках общеизвестных данных.
— А поподробнее??
— Хм. Ладно, слушай, — вздохнув поглубже, я изложил все, что знал об этих ребятах. — «Дюнуа Инкорпорэйтэд» — это международный холдинг, чья история начинается с 1932 года, когда Александр Дюнуа, совместно с другом, основал небольшую компанию, занимающуюся изготовлением и продажей домашней утвари.
Впоследствии, бурно развиваясь, фирма прирастала активами, обзаведясь представительствами по всей стране, а во второй половине двадцатого века, с началом торгового бума, они умудрились стать одними из европейских лидеров по продаже электрической бытовой техники, а позже, и её электронных аналогов. Затем, придерживаясь политики непрерывного роста и развития, Дюнуа скупили огромное число мелких производителей, расширив сферу своих интересов от ширпотреба, до высокотехнологичных приборов и даже умудрившись влезть в оборонку, что и предопределило их дальнейшую судьбу. О совместных контрактах вообще речи нет, их целая уйма.
С появлением на мировой арене небесных доспехов, они вложили колоссальные средства в разработку собственных машин, сумев добиться прекрасных результатов. Их Рафали, особенно второго поколения, являются одними из лучших серийных моделей, ощутимо уступая, разве что, русским и немецким доспехам.
К слову, наша поисково-спасательная команда укомплектована именно французскими НД, чья модульная схема вооружения позволяет настроить их под решение практически любых задач. Вкратце, это всё.
— А ты знаешь, почему академия отдаёт предпочтение исключительно французским образцам НД? — Внимательно глядя на меня, подперев подбородок ладонью, уточнила она.
— Эмм. Нам предоставляют существенные скидки, как привилегированному учебному заведению и крупному оптовику?
— В том числе и поэтому. Но истинная причина лежит глубже.
Готовясь узнать что-то новое, я весь обратился в слух.
— Дело в том, Ичика, что серийные модели Рафалей, хоть и позиционируются как универсалы, но их традиционно считают ориентированными для защиты и обороны. Тем самым, они выгодно отличаются от моделей своих главных конкурентов, создававших небесные доспехи для диаметрально противоположных целей.
— Согласен. Назвать русский «Песец» или немецкий «Вульф» иначе, как оружием нападения, это сильно погрешить против истины. Однако, причем тут мы?
— Притом! Ты можешь не поверить, но у нас хватает недоброжелателей, только и ждущих весомого повода. Замена парка машин, особенно на более смертоносные модели, была бы для них истинным подарком.
— Мы ведь недавно подверглись нападению! — Вспомнив столкновение с длиннорукой бестией, тут же нашёлся я. — Разве этого повода недостаточно? Учти, что в отличие от французских жестянок, немецкие, а уж тем более русские машины, наверняка бы одержали верх. Пусть и не без потерь.
— К сожалению, произошедший эпизод списали на случайность (шоб им самим так повезло). Тогда как нашу попытку приобрести серьезные боевые машины однозначно бы выставили в негативном ключе.
— Академия рвётся к мировому господству? — Решив пошутить, брякнул первое, что пришло в голову — Давно пора!
— Не сомневайся, так бы и посчитали. Мы ведь не только на бумаге независимы, а это раздражает сильных мира сего. А такой приз, как наше заведение, заставляет слишком многих забыть о приличиях.
Став предельно серьезным, я уточнил:
— Нашлись смельчаки, собравшиеся напасть на нашу академию? Серьезно?? Ну, пусть рискнут, всех покрошим!!
Печально улыбнувшись, Саша отрицательно покачала головой.
— Вероятнее всего, дай мы им повод, нас бы вынудили принять к себе группу международных наблюдателей, якобы независимых, чья аффилированность с корпоративными структурами не оставляла бы сомнений в их предвзятости. При этом, первыми в списке на наблюдение, а то и провокацию, был бы ты и твоя Хоки, надо ли объяснять почему?
— Нет. Тут все очевидно. Однако, это не объясняет необходимость подселения ко мне.
— Исходя из просьбы, полученной нами, ваше совместное проживание является наилучшим решением.
— Браво! Моя женщина поступается моими же интересами, ради ублажения богатой наследницы, — мрачно глянув ей в глаза, я пригвоздил в ответ. — И ты еще говоришь о доверии?
— Наследник — это мальчик, примерно твоего возраста, — не менее жестко ответила та. — И ему будет не на кого опереться, кроме как на тебя!
— Мальчик?
— Да!
— Уверена!? Может, поспорим на пару миллионов, что наследник ниразу не мальчик?
