Он снова покосился на торт и решил — нахер.
Если она не хочет торт, то она не обязана его есть.
— Я хочу торт, — сообщила Касс, не поднимая взгляда.
Она перевернула страницу комикса, её глаза продолжали бегать по картинкам и тексту.
— Я пытаюсь решить, стоит ли мне трахнуть тебя за всё это, прежде чем браться за торт, — добавила она.
Она сказала это небрежно, почти безразлично.
И всё же его боль резко усилилась.
Однако Балидор покачал головой, прищёлкнув языком.
— Я не хочу ничего взамен, Касс, — ответил он. — Что бы я ни говорил ранее. Это была плохая шутка. Реально плохая шутка в дурной манере, учитывая настоящие проблемы того, что мы здесь делаем, особенно с моей стороны…
Он умолк, когда она изменила позу и на сей раз крепко прижала ладонь к его члену.
Она оставила руку там, продолжая читать комикс и убирая руку только для того, чтобы перелистнуть страницу. В промежутках между перелистыванием она медленно поглаживала его. Когда она так и не прекратила, Балидор прислонился к стене, и его боль усилилась настолько, что затмила всё перед глазами.
— Бл*дь, Касс, — он издал тихий хрип, стискивая её запястье ладонью. — Не дразни меня сейчас. Я отреагирую не лучшим образом, и я серьёзно считаю, что нам надо поговорить об этом, найти какой-то способ обсудить границы, чтобы…
— А кто тут дразнится? — перебила она таким же нейтральным тоном, бродя взглядом по страницам.
Когда он не ответил, Касс подняла взгляд.
Ещё несколько секунд она изучала его взглядом, а потом положила комикс рядом с его бедром и прильнула к его груди. Опустив лицо, она поцеловала Балидора в губы, чувственно притягивая его своим светом и языком… сильнее, чем ошейник должен был позволять ей.
Угрызения совести вновь пробрались в его мозг, заставляя чрезмерно беспокоиться из-за её слов, из-за того, как она намекала на какой-то обмен.
Через несколько секунд Балидор оборвал поцелуй.
Он почувствовал, что Касс заметила его сомнение, а потом слегка улыбнулась.
Она слезла с его колен, со скрещёнными ногами уселась перед тортом и взяла одну из двух вилок, которые он принёс. Само собой, они были мягкими, пластиковыми.
Он не мог проигнорировать все протоколы, даже если в глубине души ему этого хотелось.
— Ты хотя бы поешь со мной? — спросила Касс, не поворачиваясь.
Балидор посмотрел на её спину, затем натужно выдохнул.
— Да, — сказал он.
Оттолкнувшись от стены, он подвинулся, устроившись по другую сторону от подноса, и взял вторую пластиковую вилку. Мельком глянув на Касс, он наклонился, вилкой отломил кусочек с одной стороны и сунул в рот.
Сомкнув губы на вилке, Балидор поднял взгляд и увидел, что Касс ошарашенно таращится на него.
— Ты реально только что съел
— Да, — удивлённо ответил Балидор. — А что?
— Чувак, это дурные манеры.
— Разве? — парировал он. — Ты же не ела.
— Я собиралась!
— Откуда, чёрт возьми, мне было знать?
— Я же тебе только что сказала!
Пожав плечами, Балидор снова наклонился, собираясь отломить её кусочек, но Касс отпихнула его руку.
— Тебе нельзя есть золотую часть! — пожурила она.
— Почему нет?
— Снова дурные манеры, — объяснила она возмущённо, но в её голосе звучало всё больше веселья. — Нельзя есть самую красивую часть торта, когда это не твой торт!
— Почему нет? — повторил он.
— Потому что в таком случае я не буду с тобой трахаться, — с хохотом ответила Касс. — Как тебе такой ответ? Раз уж вы, видящие, похоже, ни капли не уважаете традиции…
— Неправда, — запротестовал Балидор. — Вообще неправда! Спроси кого угодно.
Но Касс уже сама склонилась над тортом.
Когда он попытался сделать то же самое, она отпихнула его руку с вилкой, а потом подцепила вилкой огромное съедобное украшение золотого меча и солнца, утащив большой кусок разом.
— Зачем ты пригласила меня поесть с тобой, если не имела этого в виду? — проворчал Балидор, наблюдая, как она запихивает всё это в рот.
Касс рассмеялась, хотя её рот был набит мороженым и глазурью. Она постаралась прожевать и проглотить, затем снова расхохоталась, переводя дыхание.
— Существуют
— Как я должен следовать каким-то взбалмошным человеческим правилам? — пожаловался Балидор, закатывая глаза. — …Если я даже не знаю о существовании этих правил? Видимо, ты не собираешься сообщать мне их, пока я их не нарушу.
— Я не думала, что надо
— А теперь мне, видимо, вообще не достанется торта? — проворчал он, позволяя веселью просочиться в его голос. — Ну и жадина ты, Кассандра.
Она широко улыбнулась, а затем подвинулась и нарочно уселась к нему на колени, но на сей раз спиной к его груди. Балидор позволил ей, устроив ноги так, чтобы ей было удобно, и она плотно вжалась округлой попкой в его пах.
Он слегка втянул воздух ртом, затем позволил своему голосу вновь обрести ворчливый тон.
