Позади меня, на столе, лежит шариковая ручка. Я не смотрю в ту сторону и прыгаю влево. Опускаю стол и одновременно концентрируюсь на ручке. Сдерживающие силы Фиона контролируют меня.
Его глаза расширяются, кровь течет по его лбу. Кто-то хлопает. Я чувствую легкое покалывание.
Ужасная картинка вдруг возникает в голове и на секунду отвлекает. И вот я уже парю в воздухе. Непосредственно перед тем, как врезаться в стену. Фарран останавливается и осторожно опускает меня на пол. Очень унизительно!
Я начинаю швыряться книгами и посудой из шкафчика напротив. Выглядит по-детски.
Своими способностями он отмахивается от них так же легко, как от раздражающих мух. Блестящие металлические глаза фокусируются на мне.
– Ты разочаровываешь меня, Эмма.
Да ладно.
Я оставляю книги стоять на полке.
Смотрю на Фиона, дыхание становится тяжелым. Теперь он выглядит очень грустным.
– Ничего, Эмма! – миссис О’Коннелл подбадривает меня, как будто шансы выстоять против него все-таки есть.
Мой взгляд очень быстро скользит по зрителям. Но этого достаточно, чтобы увидеть зевок Каллахана. Конечно, мое выступление кажется скучным для мистера Совершенство. Ненависть копится как кислота в желудке, а руки дрожат. Странно. Наконец Каллахан оставил меня в покое, когда я высказала ему собственное мнение в офисе Фаррана. Но сейчас не время подвергать сомнению это чувство. Использую его вместо моего телекинеза.
Мат, на котором стоит Фион, бьет его так внезапно, что он спотыкается и падает на колени. Я вооружаюсь для его контратаки. Книги, монитор, облака разбитого стекла бросаются на меня за считаные секунды, и я отбиваю их, прежде чем Фион сможет замедлить их полет незадолго до пункта назначения и снова заставить меня выглядеть глупо. Но через несколько минут я вся покрываюсь потом.
– Да, Эмма. Именно, используй это! – шепчет мне Фион.
Нет, не хочу думать о нем. Неважно, что чем больше ярости, тем сильнее телекинез. Страх боли сильнее.
Фарран внезапно подбрасывает меня в воздух, словно управляет манекеном.
Следует ли мне сгруппироваться при падении? Хотя Фарран сдерживается.
Треск и грохот. Мое плечо точно в огне. Все вокруг кажется нечетким. Кто-то кричит. Неужели я? Звучит странно, как под водой. Почему не получается двигаться? Челюсть болит, будто по ней ударили молотком. Привкус крови во рту.
– Достаточно. Ты ведь знаешь, что нужно сделать, чтобы отразить мои удары. Наши враги тоже не проявили бы ни капли милосердия.
В то время как я пытаюсь понять смысл его слов, он переносит мое тело над матами, словно вихрем, с центра в конец спортзала. Когда я ударяюсь о стену спиной и затылком, слезы беспомощной ярости и боли сами начинают течь по щекам.
Полка рядом внезапно теряет равновесие и летит в мою сторону, чтобы прижать к стене. Фарран продолжает давить с характерным упорством, будто готов размазать меня по стенке.
– Хватит, Фион! Пожалуйста! Она еще ребенок!
Я слышу пронзительный голос миссис О’Коннелл.
В ответ по воздуху несется вторая полка. Я в ужасе поворачиваю голову, все еще прижимая руки к первой передо мной, и вижу, что Фарран останавливает ее над моей головой. Книги падают мне на плечи. И он отпускает полку.
Треск дерева заглушает мой крик. Темно. Я зажата между двумя полками и стеной, как в гробу. Паника не позволяет кислороду проникнуть в легкие.
Но он мертв. И я прекращаю бороться с мыслями о нем. В голове возникает разрушенное панорамное окно в офисе Фаррана, и мой отец парит в воздухе, вытянув руки, в окружении крошечных кусочков стекла, которые сверкают как разноцветные драгоценные камни. Картина застывает в сознании. И что-то меняется во мне.
На этот раз у меня не получается противостоять этому. Я чувствую силу Фаррана, с которой он прижимает полку к моей груди. Но с этим ничего не могу поделать. Он ожидал подобного результата. Фарран сосредоточился только на мне и этих полках. Я запрокидываю голову и смотрю в узкую щель между деревом на шведскую стенку в другом конце помещения. Она закреплена шестью болтами. Запомнила это именно во время нашей последней тренировки. Но в этих знаниях больше нет смысла. Я задыхаюсь. Еще несколько секунд.
