Глядя на вялые копошение девушки, которая пыталась подогнуть под себя колени, в этот самый момент, он в очередной раз убедился, что все, кто называл его везунчиком, действительно были правы. Потому что самым большим везением падре называл возможность найти своё предназначение и раздать долги земные, чтобы облегчить душу, перед судом небесным.
С предназначением у него как-то не задалось, да и долгов набрал он не мало. Но кто бы, ни убил этих монстров, он пощадил его и эту девицу.
Несмотря на её наготу, никаких порывов воспользоваться ситуацией, Сантьго не испытал. Лес с демонами совсем не располагал к подобным желаниям. Опасности девушка не представляла, поэтому и тратить на неё пулю, он посчитал излишним. Да и пользы от неё сейчас совсем никакой, поэтому по уму надо было её оставить и двигаться дальше.
Но не было гарантии, что если он просто оставит её здесь и уйдёт, то и над ним не разверзнется небо.
Может это ему такой тонкий намёк? Может быть, этого его шанс раздать долги? Или как минимум начать раздавать.
У этой зайки из всей одежды были только уши и хвостик, и нужно было её хоть чем-то прикрыть. С этими мыслями он снял пиджак и начал расстёгивать рубашку.
К этому моменту незнакомка наконец-то перестала задирать свой хвост к небесам и смогла нормально сесть, чтобы сразу округлить свой голубой глаз. Второй заплыл из-за огромного бланша.
Может быть, увидев обезглавленные тела монстров, их лопнувшие головы, что оросили своим содержимым окрестности, несколько распотрошённых трупов, и полуголого мужика она собиралась закричать, заплакать и удариться в истерику. Но Санти был готов лучше умереть прямо сейчас, чем терпеть такую дурь, поэтому наставив на неё пистолет и бросив ей рубашку, он дал девушке очень простой и понятный выбор.
— Молча одевайся, или пристрелю.
* Какое-то время спустя *
Голова просто раскалывалась, а при попытке пошевелиться тело отзывалось такой болью, что хотелось кричать. Но и кричать не получалось. Только сипеть. И то через силу.
Руки, ноги не шевелятся. Язык еле ворочается, и даже голосовые связки напрячь не получается. Хоть сердце то ещё бьётся?
Как только сконцентрировался на собственном моторе, то почувствовал приятную теплоту. И чуть не отъехал, от вспыхнувшей во всём теле боли.
Закричать я не смог, пошевелиться тоже. Обделался бы от боли, но к счастью и это не получилось. Видимо, не чем.
А почему кстати?
Ухватившись за эту мысль, я постарался отвлечься от болезненных ощущений и вспомнить, почему не поел и как умудрился дойти до такого состояния.
Мне казалось, что сильнее болеть не может? Может! Ещё как может!
Я аж затрясся. А это был показатель того, что мне стало настолько хреново, что получилось пересилить болезненные ощущения в мышцах. Боль же и не думала утихать, а продолжала накатывать волна за волной.
Мне уже начало казаться, что я чувствую, как крошатся мои зубы, а облегчение всё не приходило. Но через какое-то время получилось, даже не знаю, подстроится что ли.
Какое-то время я был занят только тем, что слушал своё сипение.
Со мной однозначно что-то сильно не так. И я знаю, где можно узнать, что именно.
Ментальная активность, видимо, была чревата вспышками боли, но к счастью, контрольная сфера отозвалась на мысленный запрос практически мгновенно. И этого оказалось достаточно, чтобы новая волна неприятных ощущений не успела меня догнать.
Вот так я и оказался в пространстве обелиска в том состоянии, к которому уже успел худо-бедно притерпеться. И как удалось выяснить экспериментальным путём, в этой белой пустоте я чувствовал собственные эмоции, но не физические ощущения. Обрадованный этим, попробовал вспомнить, что же со мной произошло.
Мамма мия! Уж лучше бы сдох в неведении, чем вспоминал такое.
Как долго я находился в прострации, было не ясно, но через какое-то время в сознание пробилась мысль, что надо всё-таки выяснить причину своего бедственного состояния.
СИБЕВИ быстро поставила диагноз, подозрительно похожий на приговор.
Деградация ауры, частичный распад энергетической оболочки, множественные разрывы энергетических каналов, сильнейшая интоксикация, истощение, небольшая кровопотеря, разрывы связок, инсульт.
Тут я повторно выпал в осадок.
Только этим можно объяснить, моё согласие на излечение по предложенной цене.
Всего за двадцать тысяч империалов и одну малую имперскую награду.
Ну, откуда мне эту награду-то взять?
И уже через мгновение я стоял посреди качественно уделанной площадки.
Вокруг лежала разнообразная и местами битая тара, испачканная рвотой вперемежку с кровью; порванная и замызганная до крайности футболка; разбросанные небольшие деревянные на вид коробочки; какой-то странный арбалет и перемотанный окровавленным куском ткани артефактный браслет.
