Запах сваренного кофе, блинов и кленового сиропа манит меня по широким мраморным ступеням, покрытым темным ковром. Никто не встречается мне на пути. Другие ученики уже давно в столовой. Я решаю общаться с людьми, стоящими у двери как можно осторожнее, чтобы избежать недовольства Фаррана. Шум голосов и грохот посуды становятся громче, когда я сворачиваю в правое крыло здания на первом этаже.
Приглушенный свет от разноцветных ламп и классическая фоновая музыка приветствуют меня. Удивительно, что мимо не бегают официанты в синей униформе.
Помещение больше напоминает гостевой дом девятнадцатого века, чем школьную столовую, если бы не тот факт, что средний возраст присутствующих здесь в пять или шесть раз меньше. В огромном павильоне в стиле модерн, прилегающем к главному зданию со стороны парка, стоят квадратные и круглые столы на десять человек каждый. В центре зала красочный витраж из желтого и зеленого стекла, настенные росписи, украшенные золотом колонны и множество зеленых растений. Мне требуется некоторое время, чтобы найти Джека в этих светских джунглях. Он сидит за круглым столом возле буфета и бурно дискутирует со своим соседом. Слева высокая кудрявая девушка смотрит на него с восхищением. Напротив них три человека занимают свои места и подходят ко мне с пустыми тарелками. Когда они узнают меня, то шепчутся. Джек, должно быть, рассказал им о моем лунатизме. Вздохнув, я бегу к буфету, ставлю на поднос чашку кофе и тосты с джемом, прежде чем подойти к столу Джека.
– …только его дело, понятно? У Фаррана есть свои причины дать ей второй шанс. Я не сомневаюсь в его решении. Наконец-то…
Шатенка поворачивает голову, когда моя тень падает рядом. Ее глаза расширяются, и она грубо пихает Джека локтем в бок.
– Джейн, что? – сердито зовет Джек, поворачиваясь к ней, и замолкает на середине предложения. Его взгляд устремляется на меня, и выражение лица мгновенно становится таким же каменным, как барельеф в горе Рашмор[9].
– Это место свободно или ты хочешь еще посплетничать обо мне? – мой голос слегка дрожит. Второй шанс. Черт! Подозрения никогда не исчезнут, да?
– Честно говоря, я пытался защищать тебя, Макэнгус, – резко отвечает он, – я доверяю выбору Фаррана. И мы, вороны, должны держаться вместе.
– Значит, ты не рассказал ему про это утро?
Он качает головой и указывает на свободный стул за столом.
– Если не доверяешь мне, зачем пришла?
Может быть, он действительно честен со мной. Я ставлю поднос, сажусь и пытаюсь расслабиться.
– Просьба Фаррана. Мне следует подружиться с другими парнями, чтобы забыть, что мой друг убил отца в канун Нового года, а затем просто растворился в воздухе.
Напряженное выражение лица Джека смягчается.
– Черт, – невнятно бормочет темноволосый тип рядом с ним, в то время как девушка смотрит на меня так, словно проглотила горький полынный чай.
Но до Джека доходят мои слова быстрее, чем я думала.
– Понимаю. Если выложишь нам, что на самом деле произошло тогда, я стану твоим идеальным компаньоном на две недели твоего пребывания здесь. Всегда буду под рукой, не наступая при этом на пятки. Фарран придет в восторг от нашей дружбы.
Четыре дня обзорных экскурсий.
Лучшее, что мог сделать Джек, так это убедил Фаррана, занятого подготовкой к школьному празднику на этих выходных, в том, что его одного вполне достаточно для моей защиты. Я уже видела себя, идущей по Центральному парку, как кинозвезда, в окружении множества телохранителей. Было бы ужасно неловко!
После девяти месяцев, которые я провела исключительно за стенами Sensus Corvi, у меня есть возможность каждую секунду наслаждаться разнообразными развлечениями и свободой. Я отправила Фай фото и видео с Эмпайр-стейт-билдинг и Бруклинским мостом, которые Джек снял для меня у Острова Свободы. Вчера мы бегали мимо зеленых насаждений около заброшенной железнодорожной линии, которая превратилась в парк, и я расстроилась, обнаружив, что Джек такой же спортивный, как Эйдан. Последние несколько дней берут свое.
Когда в семь часов утра зазвенел будильник, я хотела выбросить его в урну, натянуть одеяло на голову и заснуть. Клубный тур прошлой ночью был утомительным даже без алкоголя. Итак, мой пятый день в Нью-Йорке начался с боли в мышцах рук и ног, тяжести и ощущения умственного истощения. В планах Джека сегодня Музейная миля[10] и Центральный парк.
Во время нашего обеда в кафе Джек делится историями из жизни бывших мафиозных гангстеров возле рыбного рынка Фултона. Добавляю сливки в кофе и серьезно спрашиваю себя, как можно вместить в себя еще и гигантский кусок торта после роскошного обеда. Я узнала, что печально известный мафиози Лаки Лучиано в возрасте десяти лет на школьной площадке требовал у одноклассников деньги за то, чтобы не бить их.
Телефонный звонок выводит меня из оцепенения.
– Привет, Джейн!
