– Пока я отвлекаю охрану, беги через ворота, – шепчет Джек, – видишь панель управления с выключателями в сторожке?
– Серая, рядом с дверью?
– Да. Нажми вторую кнопку слева. Откроется только дверь для пешеходов. Если снова закроешь ее, никто ничего не заметит. Мы встречаемся возле центра по защите природы. Найдешь путь?
– Конечно, – только вчера утром мы пробегали по лесу. Мне определенно хватит пятнадцати минут. Взгляд устремляется к двери ворот. – А как насчет камер?
Их, справа и слева от створок ворот, трудно не заметить даже в тусклом свете слабых огней.
– Я выключил их.
– Что? Но как ты…
– Боже, Эмма! – шепчет Джек раздраженным тоном. – Ты доверяешь мне или нет? Это же я должен вернуть Эйдана к Фаррану.
Нерешительно киваю, и очертания Джека размываются темными пятнами за доли секунды.
С гусиной кожей на руках я прячусь за кустами и стволами деревьев. Два чернокожих мужчины с автоматами в кобуре за плечами стоят под навесом у левой створки ворот и разговаривают. Сигаретный дым в воздухе. В ярко освещенном окне я вижу третьего человека, бородатого и старше остальных. Он сидит за столом и читает газету. Я жду.
Внезапно я слышу рычание.
Приглушенное и грозное. Сердце колотится быстрее. Что-то шевелится за курильщиками, шуршит и выходит на свет из тени дома. Собака.
На мгновение я забываю, почему я вообще здесь нахожусь вместо того, чтобы отдыхать и валяться в кровати. Собака подходит к охраннику. Косматый черный мех, крупная голова и белые зубы угрожающе сверкают под светом.
Затем собака снова рычит. Будет плохо, если она меня учует. Во рту пересохло. Охранник успокаивающе похлопывает животное по голове, но оно все равно рычит. Я перестаю дышать, когда лапы пса двигаются в мою сторону.
Собака резко дергает головой и торопливо убегает прочь.
– Фурия! Сюда! Проклятая дворняга! – охранник бросает сигарету и ругается.
– Оставил бы ее дома! – второй охранник зовет его и смеется над происходящим.
Я выдыхаю. Колени до сих пор трясутся.
Бородатый мужчина бросает газету и смотрит на своего товарища, качая головой. Перед ним на столе чашка. Я посылаю молитву небесам, чтобы она еще была наполнена, и сосредотачиваюсь на ней. Глянцевая глазурь, изогнутая ручка, широкая. Идеально подходит.
Когда она громко хлопает по полу, я выбегаю из своего укрытия. Взаимные обвинения раздаются из открытой двери. Осторожно крадусь мимо отвлекшихся охранников, нажимаю кнопку на панели управления и бросаюсь к воротам. Если Джек соврал, меня ожидает неприятный разговор с Фарраном. Но дверь со щелчком открывается, когда я толкаю ее и покидаю территорию школы.
Жутко.
В свете фонарика мобильного телефона я следую за красными отметинами на стволах деревьев тропы Красной петли и стараюсь не скользить по мокрым, не внушающим доверия деревянным ступенькам дорожки. Позавчера лес показал свою красочную сторону в ярких цветах лета, но теперь раскрывается мрачная сторона характера. По крайней мере, больше не идет дождь. Тем не менее холодные капли воды стекают с листьев и капают на волосы или стекают по щекам. Мох и грязь в тумане приобретают зловещие очертания, ветки протягивают тощие пальцы и заслоняют свет фонарика. Повсюду царит странная тишина, прерывающаяся только приглушенным шумом моих кроссовок, треском небольших веток на пути и шелестом листьев.
Страшный визг рядом лишает меня сосредоточенности, я поскальзываюсь на деревянной ступеньке, взмахиваю руками, падаю и громко ору. Но не успеваю грохнуться, что-то хватает меня за талию и замедляет падение. Мерзкий смех возле уха.
– И это лучшая ученица Фаррана?
– ДЖЕК! Я думала, что та злая собака побежала за мной!
Ноги все еще трясутся, когда он отпускает меня и снова появляется в поле зрения.
– Скажи, – примирительно говорю я, – ты от нее избавился?
– От Фурии? Она только выглядит как Голиаф, а на самом деле ласковая.
– Что, прости? Это чудовище рычало на меня, словно не могло дождаться, чтобы разорвать.
– Единственное, чего она терпеть не может, – это кошек. – Джек топает по ступенькам, и я следую за ним, вздохнув с облегчением, что больше не нужно идти одной. – После разговора с Фарраном мне хотелось прогуляться. Поэтому я проверил ситуацию у ворот и увидел, что Джефф сегодня привел с собой Фурию. Угадай, что дальше?
– Я поймал маленькую кошку миссис Майлз и отпустил ее. Фурия загнала ее за угол. Выглядело потрясающе.
– Кошка, должно быть, умерла от страха!
– Хватит разыгрывать саму невинность! – кричит Джек так внезапно, что я инстинктивно вздрагиваю. Читаю боль в глазах. Он всерьез ожидал, что подобная идея достойна восхищения? Джек угрожающе поднимает указательный палец правой руки: – КАК ТЫ могла просто предать воронов и пристрелить Дина после того, как Фарран полностью доверился тебе?
Такое ощущение, словно меня ударили кулаком в живот, а не ткнули указательным пальцем в грудь. Задыхаюсь. Чувствую, как сковывает горло.
