– Это же та самая кукла! – воскликнула Вера, указывая пальцем на Милу. – А ты – тот парень, который нам с Альбертом про трамвай рассказал!
– Да, – усмехнулся Фолко. – Я вас еще за жуликов принял! Давненько это было!
Кукла вылезла из котомки и, помогая себе металлическими крючками, пришитыми к ручкам, ловко вскарабкалась Фолко на плечо.
– Кстати, а как вы нас нашли? – поинтересовалась Вера, вытягивая шею и сквозь стеклянную дверь подозрительно оглядывая улицу. – Кристине это так и не удалось!
– Ах, значит, это был ее ментальный импульс! – Фолко вдруг сделался серьезным. – По нему я вас и отыскал.
– В смысле? – не поняла Вера. – Какой такой импульс?
– Несколько минут назад кто-то пытался нанести ментальный удар… не по мне, разумеется, а по кому-то еще. Я проследил вектор психического импульса и в итоге оказался здесь, в этой гостинице. Теперь ясно, что это была атака Кристины, направленная на кого-то из вас.
– Не на нас, на Машу, – сказала Тайна. – Ты с ней пока незнаком.
– Все обошлось? – поинтересовался Фолко.
– Да. Она спит наверху. Мы дали ей снотворное.
– Твой приятель – экстрасенс? – поинтересовалась Вера так, словно Фолко их не слышал.
– Раньше он учился на психолога, – пожала плечами Тайна. – А чем он теперь занимается, я не знаю.
– Психологом я так и не стал, мне пришлось бросить институт, – сообщил Фолко. – И вообще этот мир. Теперь я – ментальный воин. А то, что я практикую, называется ментальными боевыми искусствами… но это долгая история!
– Последнее, что нам сейчас требуется, – это долгая история! – отрезала Вера. – Мы собирались схватить Кристину. Если хочешь поучаствовать, можешь идти с нами!
Команда, неожиданно пополнившаяся ментальным воином, одетым как авиатор начала двадцатого века, и цеплявшейся за его воротник живой куклой, покинула гостиницу и быстрым шагом направилась к центральной площади.
– За эти годы я тысячи раз представлял нашу встречу, – произнес Фолко. – Думал, как это будет – снова взять тебя за руку, посмотреть в глаза…
– За какие годы? – не поняла Тайна. – Мы знакомы несколько недель.
– Время для нас текло по-разному. И это хорошо – ты не успела меня забыть.
– А ты меня? – спросила Тайна, просто для поддержания разговора.
– Для меня прошло всего пятнадцать лет. Ерунда! Я бы не забыл тебя ни за пятьдесят, ни за сто лет.
– Потом будете ворковать, – недовольно бросила Вера. – Здесь что, только я о деле думаю?!
Над центральной площадью Эдельвейса по-прежнему висели тучи. Зевак поубавилось, хотя телевизионные бригады продолжали что-то снимать. Человек в форме натягивал вокруг сцены желтую заградительную ленту. Тайна, Вера и Фолко остановились там, где заканчивалась улица и начиналось открытое пространство.
– Кристина прячется в спортивном магазине, – сказала Тайна, окидывая взглядом вывески и витрины.
– Там. – Фолко указал на небольшой магазинчик спортивного снаряжения, соседствовавший с рестораном здорового питания. – Я чувствую ее ментальную энергию.
– Мы не можем просто так завалиться в магазин, – нахмурилась Вера. – Кристина ждет Машку, а не нас.
– Какая разница, – пожала плечами Тайна. – Она в любом случае настороже и готова драться.
– К тому же Кристина одна, а нас трое, – сказал Фолко.
Мила отреагировала в ту же секунду, зацепив его крючком за уголок рта и со всей силы дернув.
– Прости, Мила, – Фолко потер пострадавшую губу. – Разумеется, нас четверо!
– Идемте. – Тайна направилась прямиком к магазину.
– Могли бы хоть куклу на разведку послать, – проворчала Вера, догоняя подругу.
За стеклянной дверью магазина было темно, в витрине застыли манекены, одетые в яркие лыжные комбинезоны. Когда Тайна поравнялась с открытой верандой ресторана, что-то изменилось – морозный воздух как будто загустел, а пространство странным образом исказилось. У Тайны возникло ощущение, что она смотрит на мир сквозь запотевшую линзу. Витрина расплылась, а стоявшие в ней манекены растянулись, подобно отражениям в кривом зеркале. Это было что-то новенькое – Кристина управляла людьми и ситуациями, но такие фокусы были не по ее части.
– Вы тоже это видите? – Голос Веры долетел до Тайны словно сквозь ватное одеяло.
И тут линза, искажавшая пространство, пошла трещинами. Мир начал распадаться на части, фрагменты реальности полетели вниз, подобно кусочкам пазла, и вместо них оставалась одна лишь чернота. Не успела Тайна опомниться, как последний обломок – часть витрины с головой манекена – тоже сорвался. Теперь со всех сторон была лишь непроницаемая темнота. Тайна протянула руку вперед, но, как и следовало ожидать, ее пальцы нащупали пустоту.
– Это ментальная атака, – голос Фолко прозвучал неожиданно громко и отчетливо. – Я попытаюсь поставить блок.
Чернота начала идти волнами и колебаться. Тайна сообразила, что, если бы темнота была абсолютной, этих волн, похожих на судорожные спазмы огромного желудка, она не видела бы. А потом тьму разорвало на мелкие лоскуты. Реальность больше не сжималась, не растягивалась и не распадалась на части.
Тайна полной грудью втянула бодрящий горный воздух и огляделась.
