Покончив со своими делами, Йаати облегченно вздохнул, и присоединился к Шу, который обшаривал отсек в поисках полезного. Им повезло найти небольшой склад пайков — и очередной терминал, в котором, наконец, обнаружилась схема Цитадели.
Как Йаати, собственно, уже ожидал, она не только поднималась на пять километров вверх, но и уходила под землю на добрый километр. Реактор был почти у самого дна, на глубине метров в восемьсот, и к нему вели три колоссальных шахты. К ближайшей они прошли без всякого труда, миновав всего пару коридоров. У самой шахты, правда, пришлось задержаться у очередного шлюза с эффекторами и свайными воротами — но «взломщик» справился и здесь.
Йаати удивленно приоткрыл рот при виде этой колоссальной — шириной метров в сорок — шахты, похожей в сечении на треугольник со срезанными углами. Вдоль её стен тянулись пучки разнокалиберных труб, прозрачных и металлических, а также толстые бело-фиолетовые лучи, — скорее, потоки жидкой энергии, по три с каждой стороны. Их окружали зыбкие водянистые цилиндры силовых полей, но всё равно, свет тут был очень ярким, воздух — сухим и горячим. В нем висел мощный электрический гул, словно от громадной газосветной лампы, шипящий и потрескивающий — казалось, что сам воздух здесь трещит от пропитавшей его энергии.
Йаати даже не сразу смог разглядеть лифт — стеклянную трапециевидную платформу, совершенно ни к чему ни прикрепленную, — она словно лежала в воздухе, и даже не вздрогнула, когда они ступили на неё. Едва Шу нажал кнопку на пульте, лифт беззвучно в здешнем гуле пошел вниз. Ограждения у него не было, но теперь Йаати разглядел, что платформу окружает силовое поле — он не смог бы свалиться отсюда, даже появись у него вдруг такое желание. Вниз он старался не смотреть, — стекло оказалось столь прозрачное, что он словно стоял в воздухе над сходившимися в туманной бездне стенами.
Спускаться им пришлось долго, — Йаати насчитал штук двадцать пять стеклянных мостиков, ведущих к запертым свайным воротам. Потом они остановились у ворот, не похожих на другие: монолитных и со странным знаком, — полым кружком с тремя изогнутыми, крючковатыми лучами, похожими на знак вопроса, на самом деле, довольно зловещим. Они спустились уже очень глубоко, — но шахта всё ещё вела вниз, и дна её Йаати не видел. Может, схема оказалась неполной, а может…
— Ядро здесь, — сказал Шу, подходя к воротам.
По обе стороны от них стояли небольшие пульты, и он вставил в глазок замка лазер «взломщика». На сей раз, он трудился примерно с минуту, потом монолитная плита всё же неохотно ушла в сторону; её толщина оказалась добрых метра два. За ней был просторный пустой шлюз с такими же воротами, а за ними — высоченный, широкий туннель. Пол под ногами тут вибрировал, и в такт то нарастающей, то гаснущей вибрации то разгорался, то угасал свет. Воздух здесь был буквально пропитан энергией, и все волоски на коже Йаати вновь встали дыбом. Он по-прежнему ощущал себя очень легким, — а сейчас ещё и каким-то полупрозрачным, почти бесплотным, словно сама его суть таяла в этом энергетическом океане. Ощущение было не пугающее, скорее, даже приятное, — но, всё равно, всё происходящее казалось ему совершенно нереальным.
Когда литые створы последних ворот разъехались перед ним, он словно вплыл в странный, огромный, асимметричный зал, залитый холодным белым светом. Совершенно пустой, хотя у стен тут стояло множество разнообразных пультов. Над ними мерцали такие же странные, асимметричные экраны, — но свет большинства был тревожным, густо-красным. За ними поднимались выступающие из стен ребра плит, какие-то чудовищные, непонятной формы агрегаты — в их глубине, за косыми решетками, горел странный, словно бы подводный, зеленовато-белый свет. В потолок, изгибаясь, уходили громадные, в метр толщиной, кабели, между них тускло тлели белые квадраты ламп. Они неритмично разгорались и тускнели — и в такт им разгорались и тускнели все огни в зале.
— Что… это? — спросил Йаати, почти против своей воли шагая вперед. Сейчас он не чувствовал под собой ног, и ему казалось, что он бесплотным духом плывет в воздухе.
— Центр управления реактором… один из них. Всего их тут три, — сказал Шу, но голос его сейчас звучал глухо и как-то невнятно, словно сам воздух тут не хотел пропускать звук. Он подошел к одному пульту, к другому, к третьему… потом повернулся к Йаати и недовольно мотнул головой. — Ничего не работает. Система, наверное, повреждена, — я ничего не смогу сделать.
— И что? — спросил Йаати как-то равнодушно. Сейчас ему казалось, что его собственная голова парит над плечами, словно воздушный шарик, — и он начал бояться, что она улетит, оставив тело.
— Тут есть аварийный пульт. Прямо тут, ниже. Вот.
Шу подошел к круглому углублению у дальней стены зала, снял с пояса контрольное устройство (он нашел его тут же, на пульте), и нажал несколько кнопок. С мягким шипением поднялась толстая плита герметичного люка. Едва они спустились по лесенке вглубь узкого стального колодца, крышка так же мягко захлопнулась. Йаати удивленно осмотрелся.
