Скульптуры превратились в рельефы вокруг внешних стен. В каждой из них была история матери Солнца и ее вечного танца с отцом Луной. Мать, создавшая землю; их ложное дитя, дракон хаоса; их разделение мира, чтобы удержать беспорядок от их истинных детей, человечества; она знала все истории. Каждая сказка была воспоминанием о книге, которую она читала на этом любимом подоконнике. Ее глаза начали гореть.
Быстро вытерев щеки, Валла повернулась на месте, когда дверь часовни медленно и бесшумно открылась. Фигура, закутанная в бордовое, скользнула через порог. Старухи матери носили темно-красный цвет, символизирующий уходящий свет солнца, символ того, что их бдение будет длиться до конца их дней. Дверь бесшумно закрылась, и старуха снова заперла ее.
- Старуха, - неуверенно произнесла она. - Я пришла помолиться перед своей судьбой, - попыталась объяснить Валла, обеспокоенная тем, что может оказаться там, где ее не должно быть.
Две руки потянулись вверх и откинули капюшон назад.
- Я знаю, - это был глубокий мужской голос.
- Алдрик?- Ахнула Валла в шоке.
Край его воротника на белой куртке выступал из - под большого капюшона, и он носил свою золотую корону.
- Не говори слишком громко.- Он огляделся вокруг, прежде чем быстро подойти. Алдрик опустился на колени на подушку напротив нее. - С тобой все в порядке?”
- Помимо очевидного?- Она слабо улыбнулась.
Он нахмурился.
- Это не игра, Валла, - слегка пожурил он ее.
- А? Прости, я так и думала. Я не знаю, как ты, но мне было так весело.- Она была не в том настроении, чтобы разговаривать с ней таким тоном.
Он хмуро посмотрел на нее, обдумывая свои слова.
- Твои новые охранники, они хорошо с тобой обращаются?- Наконец спросил Алдрик.
Это подтвердило ее опасения. Она была для него сломленной маленькой вещью. Валла резко вдохнула, когда в ней поднялся гнев. Ничто не могло сравниться с ненавистью, которую вызвала у нее мысль о крысе и кроте. Вспомнив, как Эгмун смотрел на нее, ей захотелось умереть. Это усугублялось, когда она думала о Роане и Сариме, виной, с которой она боролась в течение многих дней с тех пор, как рассталась с ними перед их смертью—или почти смертью в случае Роаны. Даже гнев на мастера и принца за то, что они общались за ее спиной, вызвал у нее приступ разочарования. Все, что могло бы рассердить Валлу, пришло к ней вслед за ее страхом и стыдом.
- А тебе какое дело?- она выплюнула в него. Алдрик моргнул, как будто она ударила его по лицу. - Ты, ты действовал за моей спиной; ты стал кукловодом в моей жизни; ты лгал мне; ты сбросил меня с крыши; ты безрассудно учил меня; ты подделал мою подпись.- Это было безнадежно, слезы лились сами собой. - Ты даже не хочешь говорить за меня!”
Он яростно схватил ее за плечи, и Валла отчаянно вывернулась.
- Не прикасайся ко мне!- она в ужасе вскрикнула. Алдрик отпустил ее, шок и боль отразились на его лице. Она держала себя в руках, чувствуя, как все эмоции выплескиваются из ее глаз. - Я…я всего лишь жалкая вещь для тебя, никчемная дрянь , зачем тебе меня трогать?- Валла крепко зажмурилась и свернулась в сидящий клубок рыданий.
К тому времени, когда он наконец пошевелился, ее живот болел от слез. Валла ожидала, что он уйдет. Она хотела, чтобы он ненавидел ее, чтобы она могла подтвердить ненависть, которую она чувствовала в себе. Однако он никуда не пошел. Ненависть была бы легче, чем разочарование и боль, которые были написаны на его лице.
Рот принца открылся и закрылся, но его серебряный язык подвел его. Расстроенный, он схватил подушку рядом с собой и встал в пол-оборота, бросив ее к стене. Она сгорела во вспышке пламени, прежде чем попасть во что-нибудь. Он стоял спиной к ней, тихо дыша.
- Я, - его голос был глубоким и прерывистым, - я не хороший человек. Может быть, я никогда и не был хорошим человеком. Из этого притворного испытания самым трудным было услышать, как ты тратишь слова, чтобы защитить меня, когда все, что я хотел, чтобы ты сделала, это защитила себя.”
- Я бы позволил городу сгореть, если бы не ты.- Он усмехнулся, и это был безумный и потрескивающий звук, лишенный своих обычных бархатных оттенков. Валла изо всех сил старалась поверить его словам. - Я был не в том положении, чтобы покинуть дворец раненым, так что я бы сел в самом безопасном месте, которое смог бы найти, и переждал его.- Он повернулся, изучая ее лицо.
- А тебя это не шокирует? Разве ты не испытываешь отвращения к своему принцу? Я был бы счастливее, наблюдая, как пламя пожирает половину этого проклятого города, чтобы очистить грязь, даже если это означало пожертвовать хорошим с ним. Это мои подданные! Люди, которых я поклялся защищать!- Он развел руками. - Ты права, насчет всего этого. Я хотел тебя. В тот момент, когда я узнал, кто ты такая, я хотел, чтобы ты была захвачена как приз и положена на мою полку. И ты, Валла, ты так легко позволяла манипулировать собой, чтобы идти прямо туда, куда я хотел. Ты, с твоей прозрачной невинностью.”
- Остановись, - прошептала она. Его слова глубоко задели ее.
