Прочь из моей головы (СИ) полностью

– И не называй меня сестрой.

– Хорошо.

– Поменьше говори и побольше слушай, ясно?

– Да.

– Даже если больно – не показывай. Затягивай задания, как можешь. Если берёшь у доктора книги, то ставь на место. Поняла?

– Ты как будто прощаешься со мной, Три-Два.

– Я просто ухожу искать выход.

…всё, что ей нужно – это пройти через лабиринт и найти мертвеца. Очень, очень глупое задание – живые не должны рисковать собой ради такого. У живых вообще много дел: наблюдать, ходить, слушать, читать, спрашивать, играть, помнить печальное, спать. Всё это очень интересно, и Салли хотела бы продолжать, но сегодня ей сказали идти и драться, а вернуться можно будет, только если она найдёт мёртвого короля.

Лаборатория – белая клетка, задание – чёрная клетка.

Выход один.

Три-Два говорила, что Салли везёт. Наверное, это так, потому что она правда первой находит его – красивого мертвеца. От него пахнет сладко, как от цветов на клумбе; у него дрожат ресницы; он будто спит – наполовину за дверью, наполовину в мире живых.

Обидно отдавать его дуре Николетт.

Салли взваливает гроб на плечо и тащит прочь от лабиринта, подальше от всех, кто охотится за трофеем. Ей кажется это хорошей шуткой, смешной. Жаль, что никто не понимает – некому теперь понять.

...а потом впереди вдруг возникает чужая, плохая кукла с пальцами острыми, как лезвия – и Салли видит наконец выход.

Оказывается, это совсем не больно.

Мне снилось, что я закапываю в землю непослушное семечко с одним крылышком, вроде кленового. Снова и снова разрываю почву непослушными пальцами, укладываю его, присыпаю сверху – а оно вырывается, пытается улететь, пока до меня не доходит: цветы надо поливать, причём кровью, и не чьей-то, а именно моей. Порезать руку было очень легко, достаточно оказалось ногтем провести – и тёмно-красные капли напитали землю. Семечко затихло, успокоилось, пустило корни – и наконец проклюнулся росток.

Когда от кровопотери начала кружиться голова, я до смерти перепугалась и проснулась.

Комната была обставлена богато, но в том же время безлико. Постельное бельё словно бы хрустело и сильно пахло кондиционером; на стене напротив кровати висел большой плоский телевизор и застенчиво мерцал красным индикатором. Интересно, где я… Не в Дурманном Логе – точно. Вроде бы мы что-то делали в каверне у Датура, но нужно было уходить… Получается, ушли?

И попали… куда?

«Отель Плаза, если не ошибаюсь. Двухкомнатный люкс, десятый этаж, завтрак и ужин включены, – подсказал Йен, щадя мою психику. – Тильда принесла тебя, что было очень любезно с её стороны, учитывая твоё состояние. Кстати, проспала ты больше суток».

О, да – пропустила всё на свете. Странно, что Салли не подняла меня делать зарядку…

Я резко вспомнила всё, что предшествовало моей эпичной отключке, и меня аж подкинуло на кровати.

Салли! У меня… получилось? Как она?

«Думаю, лучше спросить тебе у неё самой».

С кровати я не поднялась – фактически скатилась, едва не опрокинув тумбочку, и, шатаясь, добралась до двери. Не раздумывая, потянула ручку, вывалилась за порог – да так и застыла.

Вторая часть люкса представляла собой, видимо, гостиную – с диваном, парой кресел и длинным журнальным столиком, сейчас уставленным тарелками. Трапезой, рассчитанной по крайней мере на трёх здоровых рабочих-асфальтоукладчиков, наслаждались две абсолютно седые женщины, которые могли бы сойти за сестёр, если бы не разница в росте и комплекции.

Впрочем, вскочили они при виде меня совершенно одинаково.

– Урсула!

– Привет, – растерянно откликнулась я, переводя взгляд с одной на другую. – Тильда и… Салли, да?