Ругаю себя - не нужно было при нём доставать сотовый телефон. Совсем забыла о его привычке разбивать гаджеты, а потом дарить новые. Так он всегда делал, когда ему казалось, что в контактах моего телефона затесалось чересчур много мужских имён. Вырывал из рук, швыряя об стену или об пол, разбивая смартфон. Бесился от беспочвенной ревности, разъедающей его изнутри как серная кислота. А на следующее утро будил ни свет ни заря и всовывал в руки мне, не отошедшей ото сна окончательно, миниатюрную коробочку с очередным смартфоном. Обнимал до хруста в костях, заверяя, "что сорвался в последний раз" и вглядывался мне в лицо лихорадочно горящими глазами, словно пытаясь найти и расшифровать символы, говорящие об ответной любви.
Обстановка в комнате самая обычная, ничего дорогого и вычурного. Двуспальная кровать, шкаф и комод, туалетный столик и пару тумбочек. Взгляд цепляется за окно, вспыхивая надеждой, гаснущей почти сразу же - на окнах витые, кованые решётки. Я все же подхожу к окну, пытаясь разглядеть хоть что-то способное подсказать мне, где я нахожусь. Ничего. Даже дома? кругом - не те, что я запомнила, перед тем как Кирилл огрел меня по голове. Не видно ни табличек с названием улицы, ни самой улицы - территорию окружает забор высотой с человеческий рост без просветов.
Светло-коричневая межкомнатная дверь заперта. Я безуспешно нажимаю на ручку ладонью и дёргаю изо всех сил. Безрезультатно. Я отхожу и вдруг дверь распахивается - в дверном проёме стоит Кирилл.
- Уже очнулась? - заботливо спрашивает он.
- Кирилл, ты в своём уме? Как тебе могло прийти в голову такое..?
- Не надо так нервничать, тебе вредно.
- Мне вредно находиться рядом с тобой. Где Санька? Отведи меня к нему. Я хочу его увидеть.
- Санька? Санька сейчас там, где ты его и оставила. У своей тётки.
- ЧТО?! Но как же фото..?
- Фото - да, и что с того. Я подъехал во двор дома твоей тётки, любезно поздоровался с ней и перебросился несколькими фразами. Попросил немного поиграть с сыном, дал ему покрутить руль и погудеть клаксоном в припаркованном автомобиле. Парочка селфи. Только и всего.
- Урод! Как ты мог? Да как тебя только земля носит?
У меня внутри взрывается вулкан эмоций: тревога, страх, облегчение от того, что Сашка не у него. Всё в одном флаконе, перемешано так, что ни отличить, где кончается одно и начинается другое. Я ударяю Кирилла в грудь кулаками, но он лишь смеётся, перехватывая мои руки.
- Столько эмоций, котёнок! Лучше бы ты в постели была такой... горячей штучкой!
- Ты должен отвезти меня обратно. Мне нужно увидеться с Санькой. Господи, это трехлетний ребенок, которому нужна мать. Каждый день.
- Ничего страшного, тётка справится с нашим сыном.
- Откуда ты знаешь, справится она или нет?
- Обещала присмотреть.
- ЧТО?!
Нет. Чёрт. Я не могу поверить. Кирилл улыбается, оглаживая плечи:
- Я предупредил твою тётку, что нам нужно будет уладить с тобой некоторые дела.
- Ты всё врёшь!.. Я же разговаривала с ней.
- Мы разминулись с тобой на несколько минут. Судя по всему, я подъехал сразу после твоего разговора. Потому что тётка твоя сказала, что ты на работе задержишься ненадолго.
- И ты наплёл ей с десяток небылиц?
- Ей и не нужно было ничего плести. Всего лишь сказал, что собираюсь с тобой сходиться, как всё остальное она додумала сама. Даже доверительно сообщила, что ты таскаешься с каким-то оболтусом из уличной шпаны. Я попросил её приглядеть за сыном на пару дней, пока решаю вопросы с тобой. Она легко согласилась. И деньги для неё тоже не лишними были...
Сука. Бьётся в моей голове. Какая же она всё-таки сука. Может, и не со зла, может, она и на самом деле думает, что делает как можно лучше. Но зачем совать свой нос в чужую жизнь? Если я выберусь отсюда, больше никогда в жизни не переступлю порог её дома и не пущу на свой. И тут же меня поражает беспросветность собственных мыслей и постановка вопроса: не "когда", а "если". Такое обречённое "если", словно я уже заранее вырыла для себя могилу.
- Ты чего застыла, котёнок? Может быть, ты голодна? Пойдём, я накормлю тебя ужином.
Кирилл как ни в чём не бывало тянет меня вслед за собой, ведя по коридору. В голове мечется испуганная мысль о том, каким образом мне избавиться от него или улизнуть отсюда. Ситуацию усложняет то, что я не знаю, где находится это самое "отсюда". Возмущение и нахрап - не срабатывают в случае с Кириллом. Само слово нахрап смешно звучит по отношению ко мне, едва достающей Кириллу до плеча. Я приказываю себе успокоиться и глубоко дышу.
Кирилл усаживает меня в зале на диване. Мой взгляд автоматически падает на окна - и здесь на них решетки. Предусмотрительный сукин сын. Специально искал такой дом, чтобы я не могла сбежать через окно.
- Садись, я поухаживаю за тобой.
Кирилл уходит на кухню и возвращается через пару минут с подносом в руках, на котором стоят чашки с горчим чаем, молочник со сливками и сахарница, полная рафинада. Вновь уходит и с огромной гордостью ставит на журнальный столик коробку с пиццей.
