Я молчала – до самого его ухода и потом тоже. Сил не осталось, страх тоже отступил – наступило тяжелое, тупое оцепенение и полное равнодушие. Я устала, так устала.
И снова была бессонная ночь – я проваливалась в дрему, забывалась, потом резко просыпалась и снова лежала с открытыми глазами, глядя в темноту.
Меня будто, как воздушный шарик, проткнули иголкой – и весь воздух вышел, я сдулась, превратилась из яркой красоты и радости в резиновую цветную тряпку.
Теперь я была уверена, что утром придет Каламит и действительно убьет меня – мне этого уже почти хотелось. Просто чтобы все закончилось. Чтобы вина, страх и жалость перестали меня терзать. Хватит, мне больно. Хватит.
И утром ко мне действительно пришли. Правда, не тот и не так, как я ожидала.
На рассвете – иллюзорном, но все же – на меня свалился… некто. Мокрый, в черном пальто и с открытым зонтом, с которого ручьем текло.
Зонтом меня накрыло почти полностью, еще и ручкой по лбу ударило, так что закричала я даже не от удивления, а от боли. Тяжелая у зонта была ручка, шишка точно будет…
– Извините, – сказал некто знакомым голосом. – Я порталом ошибся. Сейчас все поправлю…
Зонт подняли, сложили, и мы с незваным гостем встретились взглядами.
– Вика? – изумился Витька, обалдело разглядывая меня. – А… что ты здесь делаешь?
Этот вопрос резко придал мне сил. Просто волшебно!
Я перевела взгляд на зонт и глухо прошипела:
– А я тебе сейчас объясню.
Витька всегда бегал медленнее… Так что тяжесть зонта на этот раз познал именно он. А лупила я не скупясь, от души и молча. Ну а что – мне не хотелось с ним говорить. О чем? Что он гад, мерзавец и плохой друг – это ему зонт за меня объяснил, полагаю, очень весомо.
Пару раз Витька пытался удрать через портал, но магией меня уже не удивишь: я цепляла его ручкой от зонта, так удобно изогнутой, и толкала обратно. Тогда Витька решил оправдаться. В его исполнении это звучало так:
– Я не знал! Откуда я мог знать! Ай! Вика! Ну что ты делаешь, там же больно! А-а-ай! Ви-и-ик, успокойся! Вика! Как ты вообще здесь оказалась! Это же… Э-э-э… – Мы как раз пробегали мимо окна. – Ночные земли? Ты что тут забыла, Вик? Ай! Вика, угомонись! Ви-и-ик!
В этот момент дверь отворилась, и в комнату очень осторожно и очень вежливо заглянули стражники.
– Госпожа, у вас все в порядке? – поинтересовался один из них.
Госпожа к тому моменту сидела на Витьке верхом и пыталась задушить его зонтиком (что оказалось довольно неудобно).
– Па-ма-ги-те! – прохрипел Витька.
– Все нормально, – отозвалась я, улыбаясь.
Стражники предпочли убраться. «Донесут», – подумала я, и это немного меня отрезвило.
– Вика, ты сдружилась с Каламитом? – удивленно спросил Витька, когда я убрала зонт. – Ты сдурела?
За что снова получил по лбу.
– Сдружилась? Как будто я уйти могу!
– Та-а-ак, – протянул Витька. – Постой-ка.
И обмяк подо мной.
– Витя? – осторожно позвала я спустя минуту. – Витя, ты чего?
Но потребовалось еще минут пять, чтобы этот придурок ответил. Точнее, пришел в себя с жутким вздохом и выдал:
– Б… дь! Вашу …ть!
За что с ходу получил снова по лбу.
– Рот с мылом помыть?
Витька не ответил. Он вывернулся, вскочил, подхватил зонт. За дверью слышался странный шум, словно кто-то кому-то что-то объяснял, потом знакомый повелительный голос…
«Каламит!» – в панике подумала я.
– Валим! – выдохнул Витька и больно дернул меня – прямо в портал.
За нашей спиной чей-то крик слился в одну ноту, что-то ударилось, кажется, разбилось, потом меня потянули обратно, но Витька держал крепко…
И мы вывалились в моей комнате. Или в том месте, которое выглядело как моя комната.
– И единорогов своих забери! – прорычал Витька в черную дыру величиной с кулак, висящую в воздухе.
Свистнуло, заржало, подуло ледяным ветром – я зажмурилась, сжалась…
И все закончилось. Когда я открыла глаза и подняла голову, дыра в воздухе исчезла, только Витька еще водил пальцами, делая странные знаки и приговаривая:
– Фиг ты у меня теперь прорвешься. Все, нет тут твоего ничего… И тебя не будет. Так-то… Ну все, Вика, я пошел.
Куда пошел? Да ладно!
– Я тебе пойду, – отозвалась я, подхватывая первый попавшийся тяжелый предмет (книгу). – Ничего объяснить не хочешь?
Витька выставил перед собой зонтик и стал отступать к коридору.
– Не-е-ет.
– Стоять! – прикрикнула я. – Витя, колись. Это иллюзия? Мне сказали, что ты был у Каламита. Что тебя держат в плену. Что ты… Что, черт возьми, происходит?!
На этом мой запал кончился – я уронила книгу, сползла по стене и заплакала. Нет, правда, это было чересчур. Один раз Вильгельм заколдовал комнату, превратив ее в мою квартиру, и если сейчас Каламит сделал так же… Это больно, господи, это очень больно – постоянно манить меня мечтой, а потом отбирать ее.
Витя опустил зонт.
– Вика?
– Ненавижу тебя, – всхлипывая, отозвалась я, думая о Каламите. – Зачем ты меня так мучаешь?
Витя молча постоял немного, растерянно глядя на меня. Потом торопливо снял с себя пальто – под ним оказался почему-то сюртук, да еще и с цветком в петлице, белой лилией. И со словами: «Я щас» – бросился на кухню.
