— Хорошо, не отвечай. Я сам догадался. Раз ты не торопилась с разводом, значит, тебя еще тянуло к нему…
Любовь слепа, я теперь сам это понимаю, когда меня просто подмывает послать всё к чертям, забрать ее у мужа снова и посадить под замок в моем доме. Но чем я тогда буду отличаться от ее Вити? Закую в цепи и буду использовать каждую свободную минуту, зная, что она ничего не противопоставит мне, ведь ее тело такое отзывчивое на мои ласки.
— Да, — я еле расслышал ее ответ, но не мог не спросить:
— С тобой всё в порядке?
Будешь ли ты счастлива со своим мужем, также как могла быть счастлива со мной?
— Да…
— Хорошо.
Не успел я передать ей пожелания, как в трубку ворвался голос Виталия:
— Теперь я хочу двадцать пять процентов, Марк Витальевич. У вас было время откупиться от нас за десять, но вы просрали сроки.
Откупиться «от нас». А ведь я ей поверил… Теперь выясняется, что она была заодно со своим мужем. Так тонко провести меня, играть жертву и продавать тело каждою ночь.
Актриса от бога! Я пожалел её, когда муж ударил при мне, а это был выверенный ход! Как и все последующие. Черт!
Сейчас я, как дурак, беспокоюсь о ее здоровье, а муж потешается надо мной… Ну, конечно, ведь я сам выставил себя клоуном.
— Не будет никакой доли. Она с самого начала не собиралась разводиться с тобой, не так ли? Пощипали меня и хватит.
— Ты пожалеешь!
— Я уже пожалел.
Закончил разговор с Виталием и вернулся к Сергею.
— Я думал, ты отослал ту девчонку с концами.
— Отослал… Налей.
Мы выпили.
— Значит, теперь ничего не мешает расписаться с Викой?
— Куда ты спешишь? Я же сказал, как она сделает тест на отцовство, так сразу…
Сергей со стуком поставил фужер на столик:
— Ты не понимаешь, как моей дочери унизительно появляться на людях с пузом и незамужем? Ты с ней спал?
Я расцепил челюсть:
— Спал.
— Тогда не понимаю, чего ты отпираешься! Какая тебе разница сейчас распишешься или через полгода?
Слова Сергея легли на благодатную почву. Ведь теперь мне действительно никакой разницы… Но меня в принципе не устраивало чужое манипулирование мной. Злило!
Я устал, что каждый крутит мной как хочет. И если с Наташей я сам виноват, сам развелся, то в бизнесе такое допускать нельзя.
— Пусть делает тест, и хоть завтра распишемся.
Я встал из-за стола и покинул кафе.
До середины следующей недели все словно забыли меня, только я ничего не мог забыть, прокручивая, как в мясорубке, неутешительные факты.
Сергей может препереть меня к стене, откупиться я смогу только женитьбой на его дочери. Виталий мог подставить за то, что я зажал обещанную ему долю, и кто знает, не зарывает ли он меня еще глубже?
Что я за дурак, что оставил его управляющим?
Влюбленный дурак! Я до сих пор не могу вырвать из сердца его жену, и ради её безопасности и спокойствия реально мог бы отписать половину компании на ее мужа. Мог, до того, как они вскрыли карты. Слишком поторопились. С чего бы?
Я собрал управляющих со всех своих федеральных комплексов, Виталия в том числе. Игнорировать его было пока в ущерб бизнесу.
— Господа, на повестке дня перевод моих компаний в закрытое акционерное общество. Вы узнаете информацию первыми. Прошу ее не разглашать и подумать о своем участии в бизнесе. Я подготовил презентацию моей… кхм, будущей федеральной торговой сети и прогнозы по доходности.
Замелькали слайды. Я расписывал перспективы, делая упор на плюсы открываемого бизнеса.
— А с чем вызван перевод компаний в акционерные общества?
Ожидаемый вопрос, и тут важна моя честность и их доверие. Я включил верхний свет, чтобы в затемненном помещении все видели мое лицо и решимость:
— Я хочу слезть с банковской иглы. Ради свободы в развитии проекта, я не хочу рисковать из-за ограничений банков и кредитных условий.
За столом начались переговоры. Я не мешал обсудить полученную информацию, но должен был предупредить.
— В момент регистрации акционерного общества акции также будут выставлены на закрытом аукционе среди крупных предпринимателей страны. Вы должны понимать, какой шанс предоставляется вам. Поэтому прошу серьезно обдумать и взвесить свое решение.
Я распустил совещание, погружаясь в юридическую волокиту с переводом частного предприятия в акционерное общество, когда ударил гром.
— Марк Витальевич, у нас арестованы все банковские счета.
Главный бухгалтер стояла в дверях бледная и нервно сжимающая телефонную трубку.
— Все? С какого черта?
— По банковскому требованию, Марк Витальевич…
Вот, значит, как, Сергей Иванович? Решил приблизить дату свадьбы путем давления?
— Ты главное не падай. Иди выпей что-нибудь укрепляющего. Я свяжусь с банком и все улажу.
Главный бухгалтер продолжала заламывать руки:
— У нас срочные переводы ко контрактам и налоги. Я же все рассчитала! Если сейчас не разблокируют счета, нам их заморозит налоговая и инкассовые требования. А там срок выплаты зарплат. Всё как снежный ком, Марк Витальевич!
— Понял. Я постараюсь уладить быстро.
Минут тридцать я пытался обуздать бешенство, потом набрал партнера:
— Сергей Иванович, мои счета заблокированы. Я думал мы с тобой сначала разберемся в проверке.
