— Если ребенок жив, ты снова станешь собственностью Руслана. Ты понимаешь?— Я ничья не собственность!— Это ты так думаешь. А он по-другому. Он дрался с братом. Застрелил твоего мужа и отца. Ты всерьез думаешь, что твои слова его остановят?— Руслан в тюрьме, — напомнила я. — А к тебе я обратилась, чтобы ты помогла, а не читала нотации. Ты мне поможешь?***Он похитил меня и принудил к близости, чтобы отомстить моему отцу. Я должна была родить наследника. Но мы его потеряли. Теперь я выхожу замуж за его брата, чтобы стать частью самой влиятельной семьи города.История не лайт, ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО!В тексте есть: властный герой, беременная героиня, общий ребенокОграничение: 18+
Второй раз я готовилась к свадьбе.
Второй раз красивое платье не радовало меня, а на глазах были слезы.
— Все будет хорошо, дорогая, — щебетала подруга, расправляя юбку свадебного платья, чтобы она легла красивыми фалдами. — Кирилл тебя любит. Он тебя защитит. Все остальное в прошлом!
Я судорожно выдохнула, стараясь сдержать слезы.
— Ты из-за Руслана плачешь? — тихо спросила Вика.
Тихо, это чтобы Зверь не услышал.
— Нет, — прошептала я.
— Да что ты мне врешь? — серьезно спросила она. — Я же вижу!
— Нет, Вика… Не из-за Руслана.
Ее не переубедить. Вика бросала на меня сердитые взгляды, пока поправляла корсет.
Она права. Пора все забыть.
В этот раз я выхожу замуж по любви.
Нужно забыть, как Руслан похитил меня и принудил к близости. Как под давлением я подписала контракт, согласно которому должна была родить ему наследника. Забыть, как забеременела. И самое страшное: как меня отравили. Я родила недоношенного малыша, и он умер у нас на руках.
Это изменило меня. Изменило Руслана.
И теперь я выхожу замуж за того, кого по-настоящему люблю. За его брата. Он не подарок, совсем нет… Они стоят друг друга. Но я выбрала Зверя сама. Он не заставлял меня.
Сердцу не прикажешь.
Только свое тяжелое материнство забыть не могу. Душа все так же плачет по погибшему ребенку.
— Вика, ты же врач…
— Пока нет.
— Но понимаешь в медицине. Скажи, сколько недоношенный малыш проживет один в инкубаторе?
Она внимательно посмотрела на меня.
— Дорогая… Откуда у тебя такие страшные вопросы?
Я знала, что это похоже на безумие. Но не могла перестать думать об этом.
— Лили, не обижайся, но я позову твоего… — подруга осеклась, что хотела сказать — позову твоего мужа, хозяина, господина? — Позову Зверя!
Она оставила меня перед зеркалом, и вышла из спальни.
Я смотрела на себя: на прекрасное платье, которое стоило, как половина особняка, черные волосы рассыпались на плечах. Это всего лишь репетиция примерки, а не настоящая свадьба.
Но и ту я сорвала.
Дверь распахнулась через секунду. Кирилл стоял на пороге.
Высокий и мощный, в его присутствии сразу становилось спокойнее. Не всем, конечно. Свое прозвище он получил не просто так. Но мне — да. Мне всегда было с ним хорошо, несмотря на то, кем он был в городе.
Если Руслан был его хозяином. То Зверь — страшным кошмаром.
Психопат, убийца, садист, полный пороков и темной страсти.
— Лили, что случилось? — он решительно подошел.
Развернул к себе и наклонился, словно хотел поцеловать. Светло-голубые глаза, похожие на осеннее небо, жестко смотрели на меня.
Вика ему все доложила.
— Почему ты думаешь, что ребенок жив? — хрипло спросил он. — Его похоронили. Я был на похоронах. Видел тело. В чем дело, крошка? С чего ты стала задавать такие вопросы?
У Зверя были встревоженные глаза.
Не помешалась ли я от горя? Но вдруг про ребенка правда!
— Невеста моего отца сказала, что он похитил какого-то малыша. Она плакала и кричала, что после его смерти ребенок один и может погибнуть… А вдруг это мой? Это ведь был его внук. И сыновей у него быть не может. Он мог его похитить! Назло Руслану — мог!
— Это все? — выдохнул Зверь с видимым облегчением.
— Тебе мало?
— Иди сюда, милая, — прошептал он, ласково ловя в ладони мое лицо. — Давай-давай, не реви…
Зверь выдохнул с облегчением, гладя лицо и шею. Затем поцеловал — почти силой, потому что мне было не до поцелуев. Но он большим пальцем раздвинул мне губы, проникая внутрь языком.
— Милая, успокойся, — выдохнул он. — Она сумасшедшая.
— Я не могу так оставить, — запаниковала я. — Мой отец убит. А если это правда и где-то там погибает какой-то ребенок, пусть даже не мой!
Для многих Зверь чудовище.
Но мне всегда помогал.
Я провела ладонями по его груди, пальцами нащупав под футболкой бугорки — это остались шрамы после того, как он вырезал на груди мое имя.
— Милая, подумай сама… Ребенок не может быть один, его кто-то кормит, ухаживает… — начал перечислять он.
Доводы звучали разумно. Но я продолжала с болью смотреть ему в глаза.
Когда мы говорим о моем отце, наверняка знать не можем. Если он подозревал, что его могут убить, то вполне мог перед этим ребенка спрятать, сделать что угодно. И Зверь знает об этом.
Я не могла успокоиться.
— Пожалуйста, Зверь…
Он любил, когда я его так называю.
— Хорошо, — сдался он. — Сообщу властям, что там может быть ребенок.
Я продолжала смотреть в глаза, гладя мускулистый живот. Пока поверх одежды, но затем вытащила футболку из джинсов и прикоснулась к голой коже, ощущая, как тяжело он дышит, изгибы его мышц и стальной пресс.
У нас уже был секс. До свадьбы.
И не раз.
Но по-настоящему, во всю полноту чувств — еще нет. Я еще не отошла от потрясений. Зверь следил за выражением моих глаз. Ему нравилась моя инициатива.
— Если ты окажешься права, а я нет, ты меня не простишь, — сказал он. — Переодевайся. Едем к коронеру. Проверим, кого мы похоронили на самом деле.
Он вышел из спальни, у меня подкосились ноги, и я оперлась на стену. В спальню влетела перепуганная Вика.
