В свете длинных белых ламп его кожа казалась прозрачной. На Лёше разрезали рубашку и обработали рану на правом боку. Его ребра торчали так, будто мышцы на них сдулись. Из него словно испарилась вся жидкость, тело сжалось, скулы выпирали под кислородной маской. Губы, которые всегда имели смуглый теплый оттенок кофе, сливались с белой пластиковой трубкой.
Арина повернулась к Никите и несколько раз подряд моргнула. Парень заботливо поглаживал её по плечу весь маршрут. Его лицо сделалось взрослым, черты лица стали твёрже на пару лет.
— Ты просто молодец. — Сказал он, растянув губы в улыбке.
— Если бы не ты… — Она зажмурила глаза и опустила голову.
— С тебя тир. — Шепнул Никита. — А с него я ещё придумаю, что спросить.
Арина расплылась в улыбке, сквозь поступающие слёзы.
Этот день, одновременно страшный и успокоительный тянулся бесконечно. Арина, лёжа на пустой койке двухместной палаты, внимательно разглядывала потолок. Сон казался ей чем-то ненужным, особенно в сопровождении больничных звуков. Шорох госпиталя за дверью, приглушенные голоса за голубой стенкой, городской гул за стеклянным окном со старыми деревянными рамами. А главное, писк аппаратов у Лёшиной постели не давал девушке спать.
Когда телефон с Максимом на том конце провода зажужжал, Арина тут же ответила.
— Алло, Макс?
— Арин, ничего не спрашивай и я у тебя не буду. Веду наблюдение за Ильёй Таллиевым.
— Отец послал? Ты в курсе дела?
— В общих чертах. — Выдохнул парень. — На столько, на сколько генерал-лейтенант посчитал необходимым.
— Понятно. Есть что сказать?
— Есть. Таллиев утром был на стройке. Выбежал на нервах, объехал всю округу, зашёл ко всем ближайшим соседям.
— Будет искать в больницах.
— Думаем, уже пытался. Естественно по фамилии.
— Что сейчас?
— Сейчас самое интересное. Следит за твоей квартирой. Четвёртый час ждёт у подъезда.
— Значит, я должна туда поехать, чтобы не вызвать подозрений.
— Это опасно. — Выдохнул Максим.
— Я с ним справлюсь. У него нет никаких следов ко мне, только предположения.
Спустя час Арина заняла своё место на парковке во дворе, приложив все усилия, чтобы не оглядываться по сторонам. Больше всего девушка боялась, что Илья нырнет за ней в подъезд, и она не сможет справиться с ним физически. Хоть Арина и знала, что рядом двое оперативников, а Илья не такой смелый и решительный человек, всё же облегчённо выдохнула, когда оказалась одна в подъезде.
Она бродила по квартире и никак не могла придумать занятие. В своём собственной доме. Села на пол посреди кухни, легла на нагретую солнцем плитку. Лучи всё ещё пробирались в комнату, светили в глаза. Девушка пролежала так около получаса, пока солнце не спряталось за стену. Поднялась и заглянула в холодильник. Посмеялась сама над собой. Что девушка ожидала увидеть внутри, если он был пуст даже четыре дня назад, когда хозяйка последний раз была в квартире? Её завтраком и обедом стали два апельсина. Ярко-оранжевые, с багряными крапинками на тонкой эластичной кожице. Арина дотошно очистила фрукты от мельчайших ошметков даже белого слоя кожуры, разломила пополам. Мякоть горела насыщенным цветом, бордовые вкрапления затерялись среди пламенно-оранжевых. А на стене кухни всё ещё блестел тот желтый, отвратительно кислый апельсин.
Она принимала ванну два часа. Сделала все процедуры, на которые обычно тратит неделю. Вымыла голову, нанесла на волосы бальзам и маску. С энтузиазмом обновила кожу вихоткой, успокоилась только тогда, когда цветом могла соревноваться с красной мочалкой. Избавилась от всех нежелательных волос на теле, даже тех, которые обычно оставляла. Сделала маникюр и педикюр. Чуть ли ни на каждую конечность нанесла разные виды крема, хотя всегда обходилась одним лосьоном. Над лицом поиздевалась основательно, казалось, даже синяки сбежали из-под глаз, только чтобы не впитывать больше гелей и бальзамов. В общем, тянула время, чтобы не выходить на улицу, где её ждал психически больной мудак.
Ей захотелось одеться так, чтобы в случае чего её труп выглядел идеально. Изумрудное платье по фигуре не скрывало ног, но оставляло место для фантазии, закрывая грудь по самое горло. Открытые руки Арина намазала маслом для сияния. Волосы высушила и уложила в объемную волну, которая через пять минут уже осела под собственной тяжестью, но всё же выглядела эффектно. На ногах бессменно оказались чёрные найки, в руках — сумка им в тон.
Выходя из подъезда, она старалась думать о работе, чтобы выглядеть отстраненно. Лишь за секунду до его рёва, девушка заметила боковым взглядом фигуру во всём синем.
— Где он?!
Арина испугалась и дала себе ровно столько времени, чтобы сразу после этого убедительно соврать.
— Это ты мне скажи, мудила! — она двинулась к машине, запретив своему телу выдать хоть каплю неуверенности.
— Как-то резко ты перестала его искать! — Язвительно усмехнулся Илья.
— Не перестала! И не перестану, пока не найду!
— Где он? — повторил мужчина значительно тише и размереннее.
