— Есть, — сказала она, вспомнив о брате Сашке, в то время оставленном на попечение тети Тани (девочки Даши в ее жизни тогда еще не было).
— У тебя все будет хорошо, — уверенно сказал шофер, взял в руку ее ладонь и галантно, как это умеют делать только французы, поцеловал ее. Затем повернулся и, замурлыкав себе под нос ту же самую песенку, отправился дальше.
Париж был, как всегда, прекрасен. Машка обожала этот город. Здесь у нее будто вырастали крылья. Хотелось мечтать, начинать жизнь заново, наслаждаться каждым мгновением.
Поселилась она в небольшом уютном отеле на Haussman, в котором останавливалась уже не первый раз. Спросила свой любимый 308 помер, и наудачу он как раз оказался свободен. Потом она бродила по городу, заказывала великолепный ароматный кофе в уличных кафе, неспешно прогуливалась по маленьким, известным только парижанам магазинам.
Один день полностью посвятила посещению лучшей улицы Парижа, авеню Монтень. Прохожие принимали ее за кинозвезду. Скорее всего итальянскую. Когда она проходила мимо бутика Chanel, женоподобный продавец, с кем-то болтающий на входе, принял ее за актрису и упорно пытался обратить на себя ее внимание. Впрочем, безуспешно (Машка никогда не любила Chanel.)
Рядом с роскошным «Bristol» ее пытался остановить какой-то арабский принц, подъехавший к отелю на «Феррари». Машка реактивно взвесила в уме все за и против и… прошла мимо. Оскорбленный в лучших своих чувствах повеса еще долго шел за красавицей и умолял ее уделить ему хоть немного времени.
У Машки в жизни уже имел место быть не самый удачный опыт общения с самым что ни на есть восточным шейхом. И даже, сказать по правде, не с одним. Но опыт этот был не самый приятный. Ну не везло ей с шейхами, и все тут! Поэтому по некоторым соображениям она предпочитает не заводить близких отношений с подобной экзотикой. Хотя, что тут скажешь, подарки они и в самом деле дарят великолепные.
Прошел почти целый месяц, когда Машка, уже начиная понемногу сходить с ума от скуки, набрала номер Валеры и спросила его совета насчет ее возвращения в Москву. Тот ответил, что если ее интересует лично его мнение, то он бы ей этого пока не советовал. Машка положила трубку и сразу же заказала такси в аэропорт. Ей повезло. Нашлось свободное отказное место в экономе. Машка вернулась в отель, спешно собрала вещи, которых уже оказалось на две сумки больше, и отправилась в дорогу.
Москва вообще обладает мистической способностью притягивать к себе. Машка больше не могла противиться этому притяжению. Почему-то ее совсем не пугали страшилки Валеры и его тайных осведомителей. Она даже немного корила себя за то, что необдуманно поддалась панике и поверила во все, что наговорил ей Валера.
В ожидании посадки на рейс Машка прошлась по Duty Free, купила себе блоков десять «Marlboro»-lite и плитку черного швейцарского шоколада. Сразу же с блаженством съела ее. Настроение резко подпрыгнуло вверх. Захотелось чего-нибудь особенного. Особенным оказался ювелирный, где Машка долго, с удовольствием примеряла все эти крошечные радости жизни с отнюдь не крошечными, надо сказать, ценами. Остановилась на изящном кулончике с бриллиантами от Bulgari. И, удовлетворенная, отправилась на уже объявленную посадку.
Москва встретила проливным дождем. Но Машке это даже понравилось. Угрюмый носильщик, оставив ее наедине с чемоданами, отправился на поиски такси. Стоя посреди полупустого зала Шереметьево-2, Машка мысленно предвкушала скорую встречу со всеми, по кому она так успела соскучиться.
— Такси нужно, красавица? — прервал приятные мысли непонятно откуда появившийся мужичок средних лет. Он радушно улыбнулся ей. Его загорелые крепкие руки уже потянулись к сумкам.
Машка огляделась в поиске носильщика. Его нигде не было видно.
— Ну так что, едем? — так же благожелательно спросил мужичок.
— Поехали, — нерешительно согласилась Машка.
Таксист ловко подхватил весь ее багаж и враскачку двинулся к выходу. Машка сидела в не первой свежести зеленом «Daewoo», насквозь пропахшим чем-то средним между жирной соленой рыбой и человеческим потом, и раздумывала, куда ей лучше поехать сначала: домой или к тете Тане за Сашкой. Решила для начала заехать за Сашкой и переночевать там. Тетя Таня жила недалеко от Ленинградки.
— Улица 8-го марта, дом 5, — сказала она.
Машина тронулась. И в этот момент Машка почувствовала странное знакомое ей ощущение, которое сейчас принято называть интуицией. Стало не по себе. Машка попробовала разобраться, с чем связано это внезапно нахлынувшее волнение. Стало трудно дышать. Она попыталась открыть окно. То не поддавалось. Машка яростно нажимала на заевший рычаг. Бесполезно. Появилось только маленькое отверстие.
— Дождь ведь льет. — Мужичок сверкнул на Машку своими маленькими глазками в водительское зеркало.
