— Мне нужно срочно подготовить приказ на временное замещение должности заведующей кухни-столовой Гулей Рашидовной Рашидовой. Она ранее занимала эту должность, насколько мне известно, со своей работой успешно справлялась. Сейчас она уже второй день по собственной инициативе и моей просьбе активно выполняет огромную работу по восстановлению этого объекта. Кроме того, настало время активного набора сотрудников. Для этого ей нужны официальные полномочия от комбината. Почему временно? Вы знаете мое решение. Все назначенцы на руководящие должности комбината и его подразделений должны пройти через обсуждение их кандидатур в созданном для этой цели комитете из всех слоев работников нашего предприятия. Вот, если этот комитет, согласится на занимаемую ею должность, то тогда эту приставку нам придется отменить. Но на это, разумеется, необходимо время, однако потерять ее мы не имеем права. Вы согласны?
— Да, конечно, через час, Карим Юсуфович, такой приказ будет у Вас на столе для подписи.
— Тогда у меня нет вопросов к Вам. Я жду приказа. Спасибо за понимание.
Сразу же после этого он уехал к себе домой. Там его уже ждал Василий.
— Ну что? С кого начнем?
— Я предлагаю заслушать записи допросов для начала, а затем уже приниматься за каждого.
— Они где?
— Их Александр разместил в подвальных помещениях, под контролем, к тому же для порядка на глазах скотч, руки в наручниках.
— Ну что ж, тогда начнем.
Полтора часа он прослушивал записи. Еще с полчаса уточнял их психологические особенности. Мнение о них сложилось двоякое: один — «насмерть, до животного ужаса» перепуган перспективой быть отданным на суд народу, к тому же по шариатским законам. А он знал их жестокость по отношению к преступникам и помнил, что могут забить камнями или живым закопать. Ради ликвидации этой перспективы, он был готов на все. Но он был весьма недалеким, ненаблюдательным что ли, скорее, просто жестоким и тупым. Его показания сводились в основном в уточнении тех данных, которые сообщил другой бандит. Василий только пожал плечами:
— У меня тоже были такие сомнения, но в этом случае должна быть неплохая актерская игра. Откуда у него это? Ведь он в прошлом рецидивист.
— Ну, знаешь, тюремные университеты многому учат, были бы способности к этому. Ладно, поговорим, увидим.
Второй явно пытался именно заслужить. Похоже, отвечал на заданные вопросы вполне осознано, но видимо, чего-то не договаривал и про караван с наркотиком оговорился не случайно. Такое впечатление, что он все-таки нечто оставлял, надеясь этим поторговаться. Карим спросил Василия:
— А не пробовал ли он поторговаться?
— У него не было пока такой возможности. Ему сразу же обрисовали скорую перспективу — суд по шариатским законам, а этот субчик отлично знает, чем это грозит.
— Ну что ж, попробуем с ним побеседовать на эту тему.
Василий вновь пожал плечами.
— Попробуйте, у меня не было такой возможности. Время было очень ограниченным, надо было из него вытянуть главную информацию об этом бункере и лагере.
— Ну что же, начнём со второго. Пусть поделится подробностями о «случайно обмолвленном» караване, думаю, эта информация весьма перспективна для нас. Да и он сам будет далее за неё цепляться, ведь она для него, несомненно, жизненно важна, — на кону его жизнь! Конечно, будет торговаться, тянуть до последнего, но у нас нет на такую торговлю времени.
Бандита привели. Посыпались вопросы короткие, четкие. Время на раздумье у бандита не осталось, приходилось отвечать, ведь на кону стояла его шкура. Он же ясно понимал, что этот «экс» не будет произведен. Пока он не заложит окончательно этот караван, его не отпустят. Через полчаса такой многотрудной мозговой работы он выдохся, стал путаться, но не потому, что хитрил, а элементарно, от непривычки сильно работать головой. Но и то, что Кариму удалось из него вытянуть, было немало для уточнения плана операции. Василий, сам опытный специалист в тактике допроса, только покачивал головой в знак удивления и уважения. Поняв, что от него более ничего вразумительного не добиться, Карим прекратил этот допрос, позвал Александра и приказал:
— Накормить, напоить чаем, руки в наручники и под контроль. Его заберут парни Василия.
Когда того увели, сказал своему помощнику:
— Займись плотно этими сведениями сам лично, никому не передоверяй. Будешь беседовать под диктофон и камеру, нам нужно при анализе знать его истинные мысли. После допроса сразу же еще один — под сыворотку, перепроверишь сведения. Этой техникой владеешь?
— Приходилось.
— Ну, тогда не буду тебя учить. К сожалению, времени у нас очень мало. Тебе придется самому планировать операцию, если, конечно, увидишь шансы. Я подсоединюсь к тебе после завершения уже запланированной. В лучшем случае через сутки. Ты не устал? Может, чая попьем?
— Лучше кофе, командир. К нему я больше привык.
— Кофе, так кофе. И я с тобой!
Они пообсуждали за кофе полученные данные и приступили ко второму допросу.
