Перед моим мысленным взором появился учебник, в котором ответами снабжались не только нечетные проверочные вопросы в конце главы, а все без исключения.
– Если бы в учебнике математики приводились ответы не на половину вопросов в конце каждого раздела, а сразу на все, ученик усвоил бы материал лучше или хуже? – спросил я.
Мисс Монтинелло вскинула руки.
– Сдаюсь! – Она посмотрела на часы. – Да и обедать пора.
Выходя из класса, я увидел кое-что впервые в жизни: намек на улыбку на лице мисс Буква-буква-цифра-цифра. И да, меня зацепило.
Я, как обычно, обедал в компании неудачников. Отчасти потому, что хотел пообщаться с Сетом, а отчасти из-за того, что решил держаться подальше от Кеннеди. Мой план неплохо работал. Целых десять минут.
Бил, Райли и Тристан обсуждали, кто из девчонок заслуживает их внимания (размечтались!), а на другом конце стола мы с Сетом оживленно болтали о ненормальных стариканах и их непонятном обожаемом хламе. Я выдал тираду о музыкальных проигрывателях, а Сет парировал:
– Вот как? Знаешь, когда
Вдруг кто-то положил руку мне на плечо.
Я обернулся.
Кеннеди.
Я судорожно вздохнул. И безо всякого удовольствия сказал:
– Привет.
Нахлынувшее на меня вчера вечером ощущение вернулось, и его привкус вызвал тошноту.
Кеннеди слегка склонила голову набок:
– Мм… привет.
Она пришла в себя и пустила в ход улыбку, от которой температура окружающей среды подскочила градусов на десять. Присела, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и положила ладонь мне на руку. Пахло от Кеннеди сногсшибательно.
– Слушай, может, проведем еще одну фотосессию? Я подумала, было бы неплохо сделать снимки в зимней одежде.
Я пожал плечами:
– Не исключено.
– Отлично! Тогда как насчет субботы? В том же парке в то же время?
Я сглотнул. Черт, это оказалось сложнее, чем я ожидал! Пришлось себе напомнить, что на самом деле Кеннеди на меня плевать.
– Гм… Вообще-то, я занят. Может, в другой раз…
Она отпустила мою руку, встала и секунду внимательно меня изучала. А потом ушла. Температура окружающей среды тут же упала градусов на двадцать.
Бил глянул на наш конец столика и нарушил молчание.
– Ты, – медленно проговорил он с презрительной усмешкой, – просто полный идиот. Пожалуй, самый тупой из всех парней, которых я встречал… Если ты вообще парень.
Райли и Тристан дружно хихикнули вместе с ним – вот ведь подпевалы нашлись!
– Можешь поцеловать несуществующую татушку на ее великолепной заднице, которую ты никогда не видел! – ответил я и отвернулся: не стоило тратить слова на такого придурка.
– Не знаю, что ты сейчас выкинул, но в любом случае это было смело, – тихо сказал Сет. – Я уверен, у тебя имелась на то серьезная причина. Так что поздравляю. – Он посмотрел на меня долгим взглядом и медленно покачал головой. – И мне
Необходимо было пересесть. Куда угодно. Я посмотрел в другой конец зала: Олли сидела за столиком девчонок на семерочку и выше. И, что важнее, Кеннеди там не было. Я повернулся к Сету и кивнул головой в ту сторону:
– Пошли!
– А?
Я не стал его дожидаться. Сет догнал меня на полпути.
– Слушай, я не уверен, что вписываюсь в эту тусовку…
– А к неудачникам вписываешься? – ответил я, ткнув большим пальцем себе за спину. – Здесь, по крайней мере, есть над чем поржать. Сам увидишь.
Когда мы подошли, Олли обрадовалась:
– Привет, ребят! Как дела? Пристраивайтесь.
Она сидела рядом с Хлоей и Софией, которые тоже не возражали против нашего присутствия. Девчонки подвинулись, освобождая нам место.
– И чего ты меня раньше сюда не притащил? – прошептал Сет, наклонившись ко мне.
– Вы слышали, что София устраивает вечеринку? – спросила нас Олли.
– Нет, – неохотно буркнул я. – На Хэллоуин, что ли?
Мне представились дурацкие костюмы и пошловатые развлечения. Ну уж нет, спасибо!
Олли покачала головой:
– Нет, после него, в субботу. На мексиканский День мертвых.
Сет оглядел столовую:
– Да здесь каждый день – День мертвых!
Я кивнул: тут он в точку попал.
Олли вдруг с энтузиазмом повернулась к Софии:
– Ты не возражаешь, если мой брат и… – она покосилась на Сета, – его друг придут к тебе в субботу вечером?
София улыбнулась:
– Нет, конечно, буду рада их видеть. Но при условии, что они оторвутся по полной. Кайфоломы нам не нужны.
Олли засмеялась:
– Спасибо!
И повернулась ко мне:
– Итак, если ты идешь, то можешь меня подвезти?
Она заметила, что я колеблюсь, а я понял, к чему идет дело.
– Будешь смотреть на меня щенячьими глазками – точно не подвезу!
Олли стерла с лица умильное выражение.
Я придумал себе оправдание: если пойду, смогу «присмотреть» за сестрой. Что бы это ни значило.
И согласился:
– Ладно.