Около девяти вечера я уже стоял с камерой на углу улицы. Ждал. Да, одно из условий проекта состоит в том, чтобы снимать не то, что хочется, а то, что само меня найдет, но все равно ведь надеешься наткнуться на необычную модель: этакое шоколадное мороженое с маршмеллоу, орехами и декоративной обсыпкой. Впрочем, я уже начал понимать, что обычно выдают лишь ванильный пломбир, и учился обходиться полученным и использовать его на все сто.
И ладно бы я не встретил затянутую в кожу монахиню с ручной макакой или сварливого старика в коротких брюках, похожего на мистера Крабса, который выполз из вытрезвителя на неделю раньше положенного… Но в этот раз мне не достался даже стандартный зверинец мама-папа-два-детеныша. Все было гораздо хуже.
Просто полный абзац.
Когда сработал будильник, я увидел две парочки примерно моего возраста, которые шли в мою сторону и громко смеялись. Восторга я не испытал, но камеру все равно приготовил. Когда они подошли ближе, я узнал Кеннеди и еще одну девчонку из нашей школы. С ними были какие-то парни – лет девятнадцати или двадцати как минимум.
Вот так удар под дых! Конечно, я знал (теоретически), что Кеннеди меня френдзонит. Она никогда не говорила открыто, что у нее нет парня, и, конечно, я знал (теоретически), что она имеет полное право встречаться с кем угодно. Но вот такой переход от теории к практике прямо на моих глазах был будто удар кувалдой в солнечное сплетение. Только представьте себе, идут они такие, обжимаются, гогочут пьяным смехом – и сразу ясно, чем они займутся, как только доберутся до места назначения.
Мне захотелось бросить камеру и сбежать. Или хотя бы нагнуться и завязывать шнурки, пока эта компашка не пройдет мимо. Но было слишком поздно: они пришли на угол улицы в 9:09 – чего я никак не ожидал. Мне придется их сфотографировать – или хотя бы попытаться.
Уже собираясь спросить разрешения на съемку, я вдруг подумал: Кеннеди ведь может сообразить, что происходит, и помочь мне вывернуться. Эта девчонка же не дура и наверняка догадывается о моих чувствах. Возможно, она позволит мне избежать неловкой ситуации и скажет: «Джей, мы бы с удовольствием, но нам уже пора». А потом мы с ней как-нибудь встретимся и поговорим об этом.
Ага, размечтался! Скорее мартышки отрастят себе мохнатые крылышки и начнут летать по небу.
Кеннеди скользнула по мне взглядом, но потом присмотрелась – и все-таки узнала.
– О, привет! Как дела… э… Джеймисон?
Я объяснил ей, что делаю на углу, выдав обычную версию о «школьном проекте», и она повернулась к остальным:
– Ребята, это Джей, из нашей школы. Он фотограф и хочет нас щелкнуть для учебного проекта.
Язык у нее заплетался, и она назвала меня «ф-фото-граф».
Ее спутники с энтузиазмом согласились. Когда они готовились позировать, я услышал, как Кеннеди шепнула второй девушке: «Это тот самый парень, про которого я тебе говорила». То есть попыталась прошептать, но получилось громко – как бывает, когда человек в стельку пьяный.
Вторая девушка глянула на меня, пока я готовил камеру, и ее шепот вышел таким же звучным:
– Тот самый? Хм… А он ничего так…
Кеннеди повернулась к парням и повысила голос, заорав, как пьяный болельщик на стадионе:
– Давайте фотаться!
Четверка сбилась в кучу – девушки впереди, парни позади, – и я начал снимать. Они ржали и цеплялись друг за друга – в основном чтобы не упасть, – а потом парень за спиной Кеннеди приобнял ее и с радостным воплем схватил за грудь, явно ожидая, что это будет запечатлено. Я навел камеру, кивнул – мол, готово, – но на кнопку спуска затвора так и не нажал.
Он отпустил Кеннеди, я снял еще несколько кадров, а потом сказал:
– Спасибо, ребята, достаточно.
Прежде чем уйти, я подошел к Кеннеди и тихонько спросил:
– Эй, ты в порядке? Я видел, как он тебя схватил. Хочешь, отвезу тебя домой?
Она рассмеялась мне в лицо:
– Ты серьезно? Да у меня все зашибись!
Развернулась и присоединилась к хохочущим спутникам, которые шагали по тротуару, шатаясь из стороны в сторону. Я постоял еще минутку, потом не спеша убрал фотоаппарат в рюкзак и тоже пошел. Только не шатался. И не ржал.
Дома я скинул сделанные фотографии на компьютер, но не смог себя заставить на них посмотреть. И без того на душе было погано, не стоило опять сыпать соль на рану. К тому же я знал, что эти снимки для моего сайта не годятся. Поэтому решил прогуляться по интернету и начал с «Анонимных фоторепортеров».
Похоже, самым животрепещущим сейчас был вопрос, нужно ли знать заранее, что фотография в итоге будет черно-белой (и сразу ставить настройки соответствующим образом), или делать снимок и уже позднее решать, сравнив варианты в цвете и без. Я, наверное, полчаса убил на чтение, потом закрыл вкладку и отправился на свой собственный сайт, чтобы проверить посещаемость.