Понукаемый полковником, Гедеке начал сбивчивый рассказ. Около пяти часов пополудни на площади возле «Бристоля» и в прилегающих к ним улицах агенты Гедеке отметили необычное оживление. Везде начали шнырять некие молодые люди — позже почти все из них чинами городской полиции Варшавы были опознаны как члены банды варшавских воров некоего Кроля. Вскоре после этого к дверям банка «Zgoda»[65], расположенном на углу, наискосок от «Бристоля», подкатили три пролетки, из которых выскочили вооруженные револьверами люди в масках. Началось не столь уж редкое для Варшавы тех лет ограбление банка. Ограбление сопровождалось бешеной перестрелкой между налетчиками и охраной банка.
Люди Гедеке не вмешивались в происходящее до тех пор, пока кто-то агентов не обратил внимания, что пули летят и в них. Едва ли не в первую минуту были убиты два стрелка, караулящие выхода из гостиницы Агасфера. Обнаружив это, агенты австрийской спецслужбы открыли ответный огонь по налетчикам. В конце концов, перестрелка стихла, налетчики попрыгали в экипажи и исчезли, и люди Гедеке вошли в гостиницу. Но было поздно: Агасфер исчез.
— Надеюсь, вы догадались навести справки на вокзале, Гедеке? — с видом бесконечной усталости спросил Рунге.
— Разумеется, господин полковник! Но там, как выяснилось, произошла небольшая накладка…
«Накладка», по выражению Гедеке, сильно походила на заранее разыгранный спектакль. Внимание дежурившего на вокзале агента отвлекла некая дама, прогуливающаяся по дебаркадеру и внезапно «лишившаяся чувств» от резкого свистка маневрового локомотива. Агент, движимый джентльменскими намерениями, вместе с каким-то железнодорожным чином перенес даму в дежурное помещение и помог привести ее в чувства. Однако, не успев вернуться на свой пост, был той же дамой обвинен в краже дорогой броши, арестован железнодорожными жандармами и «до выяснения обстоятельств» помещен в «холодную». Где и просидел почти четыре часа, несмотря на сразу же предъявленную жандармам номерную бляху специального агента австрийской секретной полиции.
— А тем временем?
— Тем временем, кроме двух поездов по расписанию, от дебаркадера Варшавского вокзала отошел еще и дополнительный экспресс-состав до Петербурга, заказанный и оплаченный инкогнито через банк «Националь». Принимаются меры по установлению личности заказчика, однако результаты мы получим, скорее всего, лишь утром, после вмешательства канцелярии генерал-губернаторства.
— Достаточно, Гедеке! — безнадежно махнул рукой Рунге. — Вербовка ценного агента провалена, и весь ваш спектакль, разыгранный в вагоне экспресса Берлин — Варшава с портфелем, полным фальшивых документов, используемых «на живца», превратился в жалкую комедию! Идите, Гедеке! Уж лучше бы вы стали в юности кондитером!
Гедеке повернулся, щелкнул каблуками и направился к выходу. Однако в дверях он замешкался и затоптался с видом нагадившего на ковер пуделя.
— Ну, что еще вы мне позабыли рассказать, Гедеке?
— Тот портфель, господин полковник…
— Что — «тот портфель»? Да говорите же!
— Там были подлинные документы, — с несчастным видом признался Гедеке.
— Погодите… Насколько мне помнится, я приказал вам заменить подлинный меморандум фальшивым!
— За полтора часа до отхода поезда весь австро-венгерский Главный штаб не успел бы подготовить качественную фальшивку — там же двадцать шесть листов убористого текста, господин полковник! К тому же, клянусь, портфель был закрыт! — отчаянно замотал головой подчиненный. — Я лично проверил замок! Конечно, курьеру при выходе из купе следовало забрать портфель с собой, но я выполнял ваши же инструкции, господин полковник! «Ловля на живца»!
От неожиданности полковник Рунге на мгновение потерял контроль над лицевыми мышцами, и выпавший из его левой глазницы монокль глухо брякнул по чернильному прибору. Полковник едва не вскочил с кресла, не затопал ногами, обрушивая на Гедеке потоки оскорблений и ругательств…
Однако при осторожном напоминании о том, что инициатором учиненной провокации с портфелем был все-таки он, полковник Рунге, старый разведчик и глава Центрального разведывательного бюро Генерального штаба Австрии сдержался. Он тщательно протер монокль, вставил его в глазницу и сверкнул полированным стеклом на специального агента.
— Упаси вас боже, Гедеке, где-нибудь и когда-нибудь обмолвиться об этом моем приказе! А сейчас… Сейчас ПОШЕЛ ВОН! — Полковник все-таки вскочил на ноги, судорожно хватаясь за кобуру пистолета.
— Но у вас забронирован номер, мой господин! — удивился старший портье отеля «Кайзер». Его усы разъехались в профессиональной улыбке. — Забронированный и даже оплаченный!
— Вот как? — удивился Агасфер.
— У вас наверняка хорошие друзья в Берлине, герр Полонский! — портье улыбнулся еще шире. — Прекрасный номер с видом на площадь. И даже с телефоном! Ганс, проводи нашего гостя в его апартаменты!
Отель поражал комфортом, здесь была даже новомодная подъемная машина — лифт.
