— Таких уютных biergarten, то есть пивных садов, в Берлине множество. Но этот самый большой, — пояснил неутомимый гид. — Не считая ресторана, аллеи этого пивного сада могут вместить свыше шестисот посетителей… А вот и герр фон Люциус! Ваш гость доставлен, господин советник! — отрапортовал Шольц.
Фон Люциус был в смокинге и галстуке-бабочке. Он привстал из-за стола, казалось, вросшего в ствол огромного дуба, пожал Агасферу руку.
— Спасибо, Шольц! Вы свободны до… шести часов вечера. Ну а мы с вами, господин Полонский, сейчас «ударим» по пиву и традиционным немецким закускам. Эй, кельнер!
Заказ советник сделал, видимо, заранее, ибо к столу от ближайшей жаровни тут же направились, сгибаясь под весом двух подносов, два кельнера. Пока они выгружали на стол принесенное, Агасфер удивленно поглядел по сторонам:
— Мы ждем еще кого-нибудь, герр Люциус?
— Если вы никого не приглашали, то нет! — рассмеялся немец.
— Но… Но это же все просто невозможно съесть вдвоем! — Агасфер перевел глаза на гигантские кружки с пенным напитком, принесенные к столу отдельно. — А тем более выпить!
— И съедим, и выпьем, и наверняка еще попросим! Прозит!
Немец оказался прав. Под невероятно приятное пиво свиные ребрышки с зеленью, хрустящие куриные крылышки на гриле так и «отлетали». После второй литровой кружки Люциус закурил и начал «обработку» гостя. Агасфер мысленно усмехнулся: похоже, практика приучила немца к тому, что с потенциальными агентами из России можно особо не церемониться.
— У вас служебная командировка или частная поездка, господин Полонский? — поинтересовался он.
— В основном частная. Я выпросил у начальства несколько дней отпуска в обмен на обещание выполнить кое-какие поручения.
— Надеюсь, не слишком хлопотные, — посочувствовал Люциус. — Насколько я помню по первой нашей встрече, у вас запланирована встреча со старшим братом. Где-то в Италии?
— Ну, это рандеву тоже не приятных, — изобразил расстроенную гримасу Агасфер. — Мы с братом не слишком ладим по финансовым вопросам, связанным с наследством. Впрочем, дело это слишком личное и посторонним неинтересное.
— Извините за нескромность, но размер ставки на бильярде, предложенный вами господину Гримму, меня несколько удивил. Признаться, я никак не ожидал, что русские офицеры получают столь значительное жалованье. У меня были другие сведения. Взять, к примеру, того же господина Гримма: он постоянно сетует на скудное жалованье. Правда, он ставит на скачках, играет в польскую лотерею, без конца занимает. Хотя, как и вы, исполняет должность адъютанта, если не ошибаюсь!
— Ну, до займов я пока не докатился, — усмехнулся Агасфер. — Все-таки кое-что из спорного наследства мне урвать удалось. Надеюсь, что и нынешняя поездка окажется удачной… Слушайте, господин советник, это пиво действительно возбуждает страшную жажду! Не заказать ли нам еще по кружечке?
— Ага! — шумно обрадовался немец. — А я что вам говорил?! А как насчет жареных колбасок?
— Пожалуй…
Через два часа, отяжелевшие после обильного питья и еды, Агасфер и фон Люциус выбрались, наконец, из biergarten и разместились в поджидавшем их автомобиле с верным Шольцем за рулем.
— Ну, какова наша дальнейшая программа? — поинтересовался Агасфер.
— Вы гость! — галантно уступил право выбора Люциус. — В принципе, я мог бы предложить сегодня послушать оперу, но после нашего пивного «загула» это, видимо, будет кощунством! К тому же опера от нас никуда не уйдет: у меня до конца месяца откупленные билеты в ложу.
— Может, тогда просто прогуляемся по набережной? — предложил Агасфер. — Ваш Шольц может высадить нас, скажем, в начале улицы Reichstagufer, а сам будет поджидать нас в конце. Устанем — будем отдыхать на скамеечках.
Предложение было принято без особого энтузиазма. Некоторое время шли молча, искоса поглядывая друг на друга.
— Не хотите поиграть в откровенность, герр Люциус? — неожиданно предложил Агасфер.
От неожиданности немец остановился, ухватившись обеими руками за перила ограждения набережной.
— Боюсь, что не совсем понял вас, господин Полонский, — наконец осторожно ответил он. — Разве мы и без этого недостаточно откровенны?
— Бросьте, господин советник! — жестко оборвал его собеседник. — Вы еще скажите, что столь же радушно встречаете в Берлине всякого русского офицера, с кем вы едва знакомы!
Люциус мгновенно перестроился, тут же превратившись из благодушного бюргера в собранного хищника.
— Допустим, не каждого, — протянул он. — И какой же вывод вы можете сделать?
— Выводов несколько. Во-первых, вы разведчик. Причем разведчик высокого ранга. И я вам нужен! Настолько нужен, что вы заблаговременно заказываете несколько номеров в первоклассных отелях Берлина, присылаете за мной автомобиль, носите в кармане месячный, если не годовой, абонемент в Берлинскую оперу, который стоит целое состояние. И все ради старшего адъютанта его высокопревосходительства Гейдена? Какого-то ротмистра?
— С чего вы взяли, что я разведчик? — перебил его Люциус.
