— Ничего не будет. — Лектор взял с бюро зажигалку, добыл из нее огонь и принялся раскуривать погасшую трубку. — Вы умрете уже окончательно. Документ англичанина все равно однажды где-то всплывет и кто-то другой, не мы, заново пойдет дорогой настоящих людей. Скрижали Завета, подобные дневнику Виндхаузера, никогда бесследно не исчезают.
Марат приблизился к бюро и без разрешения присел на располагавшийся по другую его сторону дубовый резной стул с высокой прямой спинкой.
— В таком случае, хочу сообщить, что мне вдвойне нет никакого резона добровольно передавать Вам документ. Я собирался это сделать, лишь в надежде купить безопасность для себя и своих друзей. Вступать в сообщества и лиги не планировал. Вы зазря соблазняли меня бескрайними перспективами. Они унылы. И Ваши апелляции к законам термодинамики — спорны. Есть множество иных занимательных теорий.
— Вы человек восточного типа мышления. Я в курсе. Посему, у Вас, как у носителя древних культурных традиций, имеется некоторое количество времени, дабы рассмотреть мое великодушное предложение.
— Знаете что? Пожалуй, я его рассматривать не стану. Не привык, извините, злоупотреблять чужим благородством.
— Прискорбно. Вас нам будет не хватать.
Леонид Юрьевич, пустив клубы дыма, вынул изо рта трубку и закусил нижнюю губу. На его чело легла тень глубоких раздумий.
— Вы бы могли жить исключительно увлекательно. Вам предлагают дружбу весьма достойные люди. Они создали магический круг посвященных. Ложу адептов восходящего на востоке лучезарного светила.
— Орден новых тамплиеров? — Вспомнив недавний склеп и мозаичное панно, Марат даже немного развеселился. — Клуб вольных каменщиков?
— Ничего подобного. Это архаично, наивно и не современно. Мы представляем абсолютно прозрачную и легальную структуру — «Фонд содействия исследованиям в области прикладной археологии». С учредительными документами, банковским счетом, государственным регистрационным номером. Без устали трудимся на благо отечественной и мировой исторической науки. Даем деньги на экспедиции, раскопки, подготовку специалистов. Ищем инвесторов, готовых участвовать в определенных долгосрочных проектах. Кто платит за поиски архивов «Асгарда»? Корпорации, частные лица, чьи интересы — коммерческая тайна, охраняющаяся законом. Если архивы будут обнаружены — они же выделят средства на дальнейшие практические разработки.
— В последнем не сомневаюсь. Говорят, генетические эксперименты Третьего рейха до начала войны финансировали американские индустриальные магнаты.
— Третий рейх за жалкий миг своего существования сформировал оригинальную, не имевшую аналогов науку, вылепил из люмпенизированного социума здоровое общество и навел порядок в банковской системе. Основал практически иную цивилизацию, уложившись в ничтожный хронологический отрезок. Если отбросить перегибы — неизвестно, чем бы закончился генеративный процесс. Сегодня мы торим в этом направлении собственный путь.
— Так торите его без трупов. И что тут подразумевается под перегибами — уничтожение преданных штурмовиков или концентрационные лагеря с крематориями?
— Германию подкузьмило излишнее рвение, столь свойственное педантичной нордической нации. Немцы хотели провести селекционную работу по конструированию нового генотипа человека в сжатые сроки. Форсированными темпами гнали вперед эволюцию политической системы, назначали касты, выделяли элиту. Как у нас раньше выражались: выполняли пятилетку за три дня. Просчет очевидный, его последствия — налицо.
— Досадный просчет перемолол миллионы жизней.
Более они поговорить не успели. В дверь из коридора, пятясь задом, проскользнул Лозницкий.
— С каких пор ты входишь сюда без доклада? — Возмутился Леонид Юрьевич. — Ступай вон, негодник, и войди, как полагается.
— Некогда, хозяин. — Скороговоркой затараторил Влад. — Он — Лозницкий ткнул в направлении Марата указательным пальцем — с собой федеральных хвостов привел. Здание захвачено, сейчас спецназ разоружает в соседней комнате Вашу личную охрану. Меня ненароком не приметили. Когда заваруха начиналась — я в туалете находился.
— Умно… — Протянул хозяин кабинета. — А я-то почти поверил, будто наш гость уникальными манускриптами торгует.
Марат ничегошеньки из происходящего не уяснил, но решил сделать хорошую мину при плохой слепой игре.
— Спектакль окончен. Ваш колхоз окружен. Снимайте с быков боеголовки и выходите с поднятыми руками.
— Легко… Мне инкриминировать никому ничего не удастся. — Аристократ постучал чубуком трубки по краю малахитовой пепельницы. — В глазах закона я святой.
— А меня он растоптал! — Рыдающим дискантом возопил бывший биолог. — Если копнут мое прошлое — сразу узнают про фальшивые документы, пластическую операцию, выйдут на старые связи. Подошьют Владика к давнему делу о групповом убийстве, виноватым его назначат, по уши в дерьмо впечатают. Мне прятаться не за кого, Вы же меня и кинете, голой жопой вперед, в зубы волкодавам!..
