— Здравствуй, Катя, проходи, — я, стоя у входа, провожу рукой в сторону большого обеденного стола, который уже накрыт по первому разряду для трех персон.
— Спасибо, — улыбчиво отвечает сестра, — но я пока не голодна.
Не проходит и пяти секунд, как она уже сидит на кресле, закинув ноги на один из подлокотников. Вот такая молодая бунтарка, а ее парень между тем только переступает порог.
— Своего кавалера мне не представишь? — с легкой ухмылкой смотрю на сестру.
— Простите ее, Алексей Федорович, — звучит голос парня с такой интонацией, будто он сам виноват. Затем хлопает дверь, и вот он стоит передо мной с протянутой рукой. — Кирилл Валентинович Смолин.
— Алексей, — улыбаюсь и пожимаю его крепкую руку. По силе ауры, что он испускает, парень явно на втором Круге, что, в целом, положительно сказывается на моем к нему отношении. — Можем перейти на «ты», у нас не официальный прием.
— Да, хорошо, Алексей, как скажешь, — отвечает Кирилл и направляется к Кате.
— Расслабься, Кирилл, я же не кусаюсь, — говорю максимально дружелюбно.
Просто чувствую, что парень слишком уж проникся ко мне уважением. А ведь мы почти ровесники.
Он подходит к Кате, что-то шепчет ей на ухо, после чего она с виноватой улыбкой ступает за стол. Да, Кирилл явно умеет с ней совладать, раз уж так быстро и легко объяснил, как следует вести себя в гостях. А вот Катя… Впрочем, плевать. Наберется еще ума, успеет.
Ну а если нет, то уже и неважно будет.
Усаживаемся за стол и приступаем к обеду. На первое у нас уха из осетра. Я подношу ложку ко рту и сразу ощущаю дыхание бурной реки, ни намека на запах тины.
Уха обволакивает язык, почти кремовая, а кусочки осетра тают, как будто их и не было. Они оставляют послевкусие, глубокое, чуть сладковатое, с благородной горчинкой.
Судя по лицам Кати и Кирилла, им это блюдо тоже по душе. А, как известно, ничто так не располагает к доброму разговору, как приятная трапеза.
В итоге уже на втором блюде — мясо кролика в сырном соусе — мы заканчиваем все эти словесные расшаркивания ни о чем и переходим к основному.
— Мой… — Катя смотрит на своего избранника. — Наш секрет в том, что мы играем в рок-группе.
— Называется «Нравы», — парень указывает рукой на футболку, в которой пришла моя сестра.
Секунду я смотрю на это сложную вязь паутинок и наконец отчетливо вижу буквы. Теперь уже легко могу прочитать это самое название — «Нравы». Вот ведь заморочились с внешним видом, конечно.
— Хм, — задумываюсь я. — Секрет, говорите? Я уж думал, что-то серьезное…
— А это разве не серьезное? — возмущается Катя. — Если отец узнает, что я солистка в рок-группе, он запретит мне выступать, а то и из дома выходить!
— Я гитарист, — Кирилл пожимает плечами, чуть нахмурившись. — Мой отец тоже не будет рад это узнать. Поэтому мы выступаем в масках. Вся наша группа в масках, но остальные лицо скрывают больше для антуража: они простолюдины и у них все попроще с этим.
— Хорошо, убедили. Я признаю, что в вашем возрасте это серьезная тайна. Даю слово аристократа, что никому не расскажу. Но в чем же проблема? — мне, действительно, становится любопытно, хоть уже и понимаю, что угрозы для здоровья Кати нет. Главное, что удается удержаться от снисходительной улыбки — но это все равно выглядит очень забавно, особенно с учетом того, что они аристократы.
— У нас завтра первый концерт, а из пятисот билетов продано только тридцать с чем-то… — сообщает сестра, недовольно поджав губы. — Вот мы и подумали, что нужно обратиться к кому-то за помощью. К кому-то, кто реально может помочь и кому можно довериться.
Несколько секунд молчу, смотрю то на сестру, то на ее избранника и отвечаю:
— Я могу скупить все билеты, но вас ведь явно не волнуют деньги. Вы, надо полагать, хотите собрать полный зал? Я прав?
— Да! — резко отвечает Кирилл. — Мы даже готовы бесплатно пускать, только бы людей побольше собралось.
— Ага, — кивает Катя. — Первый концерт… Он должен быть незабываемым! Мы очень долго репетировали…
— Так долго старались, что напрочь позабыли про маркетинг, рекламу? У вас наверняка даже менеджеров и пиарщика нет? — усмехаюсь я, впрочем, беззлобно.
— Ну… — моя сестра нерешительно мнется.
— Да, признаю: сглупили, — берет на себя ответственность Кирилл, а еще приобнимает Катю. — Но отменять концерт мы не будем. Ни за что на свете! Пусть хоть десять человек придут, мы для них весь альбом так исполним, что навсегда запомнят.
— Мне определенно нравится ваше рвение, — одобрительно вскидываю рукой и улыбаюсь. — На самом деле можно что-то придумать… Да, определенно! Но сперва вам придется раскрыть свой секрет перед моей помощницей.
— Что, правда? Ты нас выручишь, сможешь⁈ — Катя округляет большие зеленые глаза и смотрит на меня так, будто я вот-вот предотвращу самую ужасную катастрофу. — Сто-о-оп! А она никому не разболтает?
— Доверяете мне — доверяете ей. Решайте, — говорю я, чтобы не тратить время попусту.
Сестра набирает в легкие побольше воздуха, чтобы снова завалить нас своими размышлениями вслух. Кирилл ловко и по-доброму обрывает ее, вместо этого отвечает сам.
