— Да, мы согласны. И будем безмерно благодарны. Алексей, я бы еще хотел пообещать, что мой род будет должен, но не могу… Все-таки я скрываю от родичей свое увлечение. Но с меня точно причитаются. Можешь обращаться с любой просьбой.
— Обязательно, — улыбаюсь я, не потому, что мне так весело, а потому, что даже не представляю, как этот ученик выпускного класса может мне помочь в будущем. Впрочем, если он добьется больших результатов, то почему бы и нет?
В итоге я зову Аманду, она спускается к нам. Кирилл рассказывает ей про ситуацию, и мы начинаем усердно работать над решением. Вернее, они — начинают. А я пока просто наблюдаю со стороны.
— Нам нужен рекламный постер! — Аманда сидит за ноутбуком. Она одновременно работает с графическим редактором, создает рекламную кампанию и задает Кате с Кириллом вопросы.
Я же, узнав о дате и месте концерта, просто выхожу на улицу и делаю звонок.
— О, Алексей, ты уже вернулся из командировки? — спрашивает из динамика Илья Косолапов.
— Вернулся, — охотно ему отвечаю, немного рассказываю про то, как медитировал у водопада и сражался с измененным барсуком. Просто это самый простой и быстрый способ выйти на дружескую волну. — А сейчас мне нужна ваша помощь в одном непростом деле. Сможешь подключить Сергея с Захаром?
— Да легко, они с радостью тебе подсобят. Но расскажи сперва, что нужно сделать? — Илья охотно перестраивается на более серьезный разговор.
— Одна малоизвестная группа дает завтра свой первый концерт. Я не могу раскрыть всех деталей, да и незачем. Можно сказать, что я заинтересован в том, чтобы дать им небольшой толчок и посмотреть, куда это выведет. А задача стоит такая: собрать нужно несколько сотен людей. Насколько я знаю, у тебя есть опыт организации уличных гонок, это почти то же самое. Вот я и подумал, что ты справишься. Что думаешь?
— Друзей и знакомых позовем. Легко! Они своих друзей и знакомых… Девушки, парни, крутая тусовка будет. Пятьсот человек не гарантирую, но двести мы соберем. Может, несколько больше, но на это придется потратиться. Автобусы, дополнительные развлечения, еда, выпивка…
— Трать столько, сколько считаешь нужным. Я возмещу тебе все затраты. Это не такая большая проблема.
— Большой бюджет? — с предвкушением спрашивает он.
— Огромный, — отвечают с довольной усмешкой. — Моя помощница позже скинет тебе всю информацию. Рекламный постер, адрес…
— Да, хорошо. Я все сделаю, можешь не сомневаться!
— Спасибо, — искренне благодарю друга, — я знал, что на тебя можно положиться.
— А то! — усмехается Илья.
⁂
Лучи закатного солнца скользят по стенам поместья из серого мрамора, по деревьям и по толпе людей, что с радостью «отрываются» перед импровизированной сценой.
А в центре внимания пятеро — в красно-черных рокерских костюмах с шипами, цепями и прочими атрибутами. Их лица скрывают пластиковые маски в виде зубастых морд монстров.
Одни — угловатые, шипастые и черные, как сама ночь. Другие, что носят только две девушки, — с узорами в виде объемных цветов, ярко-красные, будто зрелые розы.
Гитарист — он же Кирилл — «рвет» струны бас-гитары. Первый аккорд звонко бьет по ушам. Он хоть и «грязный», но злой и живой. Причем так ударяет по толпе, что люди будто подзаряжаются от него энергией.
Спустя несколько секунд барабаны врезаются в ритм. Бас гудит, будто гром, мониторы и портал издают такой громкий и бодрый звук, что невольно пританцовываешь в ритм.
Вдруг сквозь грохот «металла» прорезается нежный голос вокалистки. А у Кати определенно есть талант, как минимум задатки! Я стою далеко от сцены, но даже с такого расстояния могу оценить, как хорошо она поет и артистично двигается.
Ее голос звонким ручьем взмывает ввысь, окутывая «тяжелые» ноты. Затем внезапно скрипит, как ржавая дверь, после чего напоминает крик ночной птицы. Звучит необычно, даже странно для меня.
Впрочем, я не ценитель этого музыкального жанра, зато легко могу оценить реакцию толпы. А молодых парней и девушек реально лучше «качает» именно тогда, когда Катя поет.
Толпа содрогается, кричит, буквально рвет воздух кулаками. Кто-то прыгает, кто-то качает головой, кто-то просто стоит, ошарашенный, с выпученными глазами.
Музыка не просто громкая — она плотная, как дым, как туман, который можно потрогать или порезать ножом.
Кирилл бросается к краю сцены, его пальцы мелькают по грифу, высекая музыку. Барабанщик долбит по тарелке так, что кажется — вот-вот и его палочки переломятся, а то и загорятся.
Катя тоже выходит вперед, к краю сцены. Она поднимает руку к голове, и ее маска цветочного монстра оживает. Красные розы на голове начинают сверкать, а челюсть маски двигается в такт словам:
— Жизнь — не свеча, это факел в руке! Ослепи всех или сгинь в темноте! Е-е-е!
Музыка и слова льются со сцены, «зажигают» толпу. Я точно знаю, что Катя безумно довольна. Наверняка она улыбается и плачет от счастья под маской. А значит, я хороший старший брат. Да, оказывается, помогать близким людям и, правда, приятно. Кто бы мог подумать?
