Тот наглый юнец уже реально размахивает руками и кричит. Сестра стойко сдерживает нападки и продолжает стоять на своем. Еще секунду — и больно будет не только Кате, но и честь рода может быть запятнана. Зачем она только пришла сюда без охраны? Концентрируюсь на воде и…
Вдруг перед Катей появляется еще один парень, причем на нем точно такая же футболка, как на моей сестре — неразборчивыми буквами, точно паутиной, написано — «Нравы». Он не размахивает руками, но сразу выставляет ноги так, чтобы в случае чего можно было сразу ударить правой с большого размаха.
— Извинись перед моей девушкой! — злобно говорит этот юный защитник. — Иначе я буду вынужден требовать сатисфакции!
Парень, который кидался на Катю, что-то недовольно ворчит, но быстро теряет весь свой запал. В итоге он выдавливает из себя неловкое извинение, недовольно опускает голову и уходит, что-то ворча себе под нос.
А я в этот момент улыбаюсь. И вовсе не потому, что наглец получает по заслугам, просто я понимаю, что у моей сестры есть защитник помимо меня. Причем, судя по поведению, вполне себе достойный претендент, ведь он тоже из благородных.
Сестра встречается со мной взглядом, как раз когда я довольно улыбаюсь. Она переводит взгляд вниз и замечает нехарактерное бурление для фонтана и быстро всё понимает.
Я не хочу вмешиваться в ее круг общения, а потому лишь одобрительно киваю. Она мне отвечает тем же, причем во взгляде читается не просто благодарность, а нечто вроде признания. Наконец-то одна из сестер поняла, что теперь у нее есть настоящий любящий брат. Ведь я очень заинтересован в том, чтобы у нее была хорошая партия, ведь это отразится, в том числе и на роде Орловых.
Еще раз окидываю ее взглядом и ухожу. Через несколько секунд часы на руке вибрируют, сообщая о сообщении, что приходит на телефон. Достаю его и читаю.
Теперь, когда сестра в надежных руках и в безопасности, я возвращаюсь обратно. Эх, а жалко все-таки, что ту девушку пришлось заставить уйти таким способом. Появись она на пятнадцать секунд позже, и я бы сейчас уже вел ее под руку. Впрочем, есть семья, а есть однодневные интрижки. И никому в здравом уме даже в голову не придет, что эти вещи можно сравнивать по важности.
На обратном пути замечаю среди кустов и клумб с пышными цветами одного неприятного парня — сына того самого Аркадия Витальевича Горшкова. Как раз на него у меня теперь есть обновленное досье, Аманда не так давно составила его. Что примечательно, она это сделала по моей просьбе, уже после того, как я узнал от Лазаревой, что Горшков очень зол на того, кто «перевербовал» его бандитов.
Артур Горшков — невысокий парень, но довольно широкий в плечах, уверенно шагает в мою сторону.
Понимаю, что сейчас, возможно, что-то будет, а потому тихо велю Артему держаться подальше от меня и вмешиваться, только если прикажу.
Кудрявые черные волосы Горшкова младшего слегка развиваются на ветру. На подбородке у него виднеется розовый тонкий шрам, напоминающий формой разделившуюся молнию.
Случайность или нет? Он ведь маг второго Круга, как раз с аспектом молнии.
Он улыбается самой безобидной улыбкой, но во взгляде читается угроза. Что же, если Горшков-старший уже точит на меня зуб, то это будет интересное противостояние. Однако надо потом не забыть выяснить, кто слил ему информацию про меня.
Что до Артура, то у него непонятный статус. Строго формально — он простолюдин, конечно, но неформально — сын личного дворянина, а значит, все-таки уже не такой и простолюдин, как минимум, есть потенциал для получения титула. Уже не говорю про довольно влиятельную фигуру отца за спиной и гвардию, которую ему разрешено содержать и использовать пусть и с некоторыми ограничениями.
Наконец мы оказываемся рядом. Я ничего не говорю, иду прямо, а сам даже не думаю с ним здороваться, скорее, смотрю свысока. И не потому, что я — настоящий аристократ, а Артур — нет. Просто в его прошлом, как и в жизни Горшкова-старшего, много темных дел и мутных схем.
— Ты за это ответишь, — ворчит он, даже не стирая с лица миролюбивую улыбку, и пытается бортануть меня плечом.
— Отцу-уголовнику привет, — держу курс прямо, хищно ухмыляясь.
Не уворачиваюсь, просто иду, как шел. Артур задевает меня плечом и с диким удивлением на лице понимает, что в этом обмене плечевыми ударами он мне точно не соперник. Я едва заметно дергаюсь, а он разворачивается почти на девяносто градусов.
Слышу за спиной змеиное шипение, но меня это мало заботит. Немного дальше, ближе к зоне барбекю замечаю еще двух своих знакомых, что недовольно таращатся на меня. Петр Гальдин и его вечный прихлебатель — Емельян Жаров.
Те самые молодые парни, которые пытались спровоцировать меня, чтобы я по обыкновению прошлого Алексея напился, а затем и устроил драку с тем, с кем заведомо бы проиграл.
— Стукач, — противно сморщив нос, бросает Петр Гальдин.
