— С начала чего? — я повысил голос: — Что, твою мать, ты несешь?!
— Мы с Амелией встречаемся с тех пор, как она стала брать уроки пилотирования. Я всегда знал о тебе. Она никогда не делала секрета из ваших отношений.
«Зато сделала большой секрет из ваших!»
Он покачал головой.
— Месяц назад я подарил Амелии кольцо, чтобы показать, что настроен серьезно. Подумал, что она перестанет считать это просто интрижкой. Она мне отказала. Сказала, что собирается выйти за
— И кем же вы были? — у меня голова шла кругом: авария, операция, а теперь еще и это! Я провел рукой по волосам. — Любовниками? Ты трахал ее?
Аарон нахмурился.
— Мне пора...
— Пора? Тебе, блядь, вообще быть здесь не должно!
Он продолжал смотреть вниз.
— Мне жаль, что тебе пришлось вот так узнать об этом. И жаль, что это случилось.
— Ты был с ней в самолете?
Аарон кивнул.
— По-видимому, шасси не до конца выпустилось. Я узнал это, только когда меня вытащили из-под обломков. Если бы знал, никогда бы не позволил ей сажать самолет. У нее не было достаточного опыта.
Я долго молчал, давая всему улечься в голове.
— Почему ты не пострадал?
— Мы врезались в землю одним боком: со стороны пилота. Пассажирская сторона выдержала.
Мое хотелось избить его, но разум не позволял рукам и ногам двигаться. Я просто стоял там, потрясенный до глубины души.
В конце концов, Аарон взял куртку со стула.
— Я ухожу. Надеюсь, с ней все в порядке. И мне очень жаль, Меррик. Она любит тебя.
*********
Возможно, я бы уже ушел, если бы у Амелии был кто-то другой. Но она большую часть жизни, еще с колледжа, была сама по себе. У нее не было никого, кроме меня. Ну и Аарона, очевидно.
Последние восемь часов, пока шла операция, я пытаясь собрать все воедино. По правде говоря, с самой нашей первой встречи я пытался понять Амелию Эванс. Я как бы смирился с тем, что она никогда не откроется мне полностью, что всегда остануться закрытые от меня места. Я считал это механизмом самозащиты: Амелия все детство провела в приемных семьях, и никому полностью не доверяла. Но я и подумать не мог, что эти закрытые места будут скрывать любовную интрижку.
Медсестра сообщала последние новости каждые несколько часов. В последний раз она сказала, что, вероятно, операция закончится через час. Прошло два, и я уже начал нервничать. Как раз в этот момент к сестринскому посту подошел врач в синем медицинском халате и такой же синей хирургической шапочке и маске. Когда медсестра указала на меня, я встал.
Сняв маску, доктор протянул руку.
— Мистер Кроуфорд?
— Да.
— Я доктор Розен. Нейрохирург, который оперировал мисс Эванс.
— Как она?
Доктор упер руки в бока и вздохнул.
— Хотел бы я знать ответ на этот вопрос. Мисс Эванс получила тяжелую травму головы. Ее привезли с проломленным черепом, несколькими треснувшими позвонками, кровотечением и довольно значительным отеком мозга. Учитывая это, операция прошла так хорошо, как можно было ожидать. Мы смогли выполнить краниэктомию, чтобы остановить кровотечение и освободить место для отека, чтобы избежать еще большего повреждения при сдавливании. Она жива, и ее жизненные показатели удивительно стабильны после такой серьезной травмы и сложной операции. Но когда мы попытались вывести ее из наркоза, она не проснулась. Это не значит, что в какой-то момент мисс Эванс не придет в сознание, но это явно не к добру. Так что на данный момент все, что мы можем сказать: она держится молодцом. Потребуется некоторое время, чтобы понять, насколько серьезен ущерб.
Он сделал паузу и посмотрел мне в глаза.
— Но вам нужно подготовиться к тому, что она может не пережить ближайшие несколько дней. Или, если она все-таки выживет, то может столкнуться с довольно существенными последствиями травмы.
Ноги подогнулись и я сел на стул.
— Могу ее увидеть?
Доктор Розен кивнул.
— Скоро ее переведут в отделение интенсивной терапии. Лицо у нее распухло, что часто бывает после травмы головы, и мы собираемся на некоторое время оставить верхнюю часть черепа открытой — ее мозгу нужно пространство. Но вы сможете увидеть ее, когда мы все закончим. Только будьте очень осторожны, двигаясь или прикасаясь к ней.
— Как долго ее череп будет открыт?
— Трудно сказать. Мы заморозим костный лоскут, который удалили, чтобы в будущем его можно было прикрепить обратно.
Мне было трудно дышать. Я сглотнул.
— Хорошо.
— Мисс Эванс заполнила доверенность на медицинское обслуживание, когда была здесь прежде.
— Да. В прошлом году ей удалили аппендикс.
— В этой форме вы указаны как ее агент – человек, который принимает решения о всех медицинских процедурах, когда она не в состоянии принимать их сама.
Я потер затылок.
— Она не общается с семьей.
Он кивнул.
— Уверен, что скоро у вас появятся много вопросов. Я вернусь, когда мисс Эванс переведут в интенсивную терапию, осмотрю ее, и мы сможем снова поговорить.
— Спасибо.
Он начал уходить, но потом повернулся.