Когда я решаю приступить к анализу какой-либо проблемы, то при ее изложении устанавливается контакт, который обусловливает подтверждение достоверности природной информации семантического языка (для этого, разумеется, необходима еще и техника, отточенная годами исследовательской и практической клинической деятельности). Кроме того, я обращаюсь и к другим языкам: сновидениям, языку симптома, изучению анамнеза и кинетико-проксемическому языку[155].
Человек использует различные языки – вербальный, знаковый, образный и т.д. Выразить себя он может, используя не только вербальную форму, но и телесную физиогномику (тип физической конституции, структурное строение, руки, глаза), которая также отражает смену эмоций. Это можно заметить, наблюдая различия между счастливым, удовлетворенным человеком и человеком печальным, пребывающим в напряжении, не нашедшим решения. Физиогномика уверенного в себе человека и человека, сомневающегося в себе, человека абсолютно здорового и человека больного, совершенно различна.
Лично я отношусь к медицинским исследованиям и диагнозам равнодушно, но пользуюсь ими в диалоге с клиентом, чтобы придать ему больше уверенности, то есть применяю соответствующий язык для уточнения соматического эффекта и объяснения причины.
Точным языком является сновидение, но вершина точности – имагогический образ, представляющий собой формализацию действия, освобожденного абстрактным сознанием от своих комплексов и напрямую связанного с сублиматами онто Ин-се[156].
Семантическое поле позволяет увидеть всю картину полностью и детально, раскрывая топографию и способ утверждения данного действия, что в переводе на язык рациональности означает время, личность, место, образ действия и семиологическую коннотацию (дополнительное значение).
Затем на основе полученной формализации действия надо интерпретировать «впечатление» в соответствии с другими кодами, присущими сознательной рациональности индивида. В природе также происходит преобразование знаков, которые при точной направленности способны изменять и идентифицировать континуум определенного действия[157].
Историческая индивидуация воспринимает не все возможные языки, а только те, которые необходимы данной индивидуальной цивилизации, для самоутверждения и синхронизации действия.
Анализ сновидения позволяет обнаружить причину такой, какой ее представляет организмическое самого субъекта. Например, в случае психосоматического микоза анализ сновидения показал, что причиной инфекции стали неправильные – в аффективном и эротическом плане – отношения с имеющимся партнером. Это не означает негативности партнера, а говорит об ошибочности самой этой связи. Брак – это юридический институт, обуславливающий сохранение общественного блага и признающий определенные общепринятые ценности. Эта фиксация, однако, не предусмотрена природой как некая гарантия, поэтому она редко совпадает с внутренне присущим вещам порядком.
Природа, будучи расчетливой в дружбе, в интересах, в витальности, в успехе, в функционировании, в выгоде, делает свой выбор.
Подобную ситуацию нельзя разрешить простым разводом, поскольку возникновение данного симптома может быть обусловлено каким-то определенным обстоятельством. Поэтому в реальности, прежде всего, необходимо выявить причину появления этого симптома в соответствии с тематическим отбором комплекса. Субъект либо вступил в брак, следуя матрице, которая уже с детства готовила его к модели собственной семьи, либо попал под влияние более сильной личности, использующей его как подпитку, к которой он, однако, в любом случае, был тематически предрасположен. Субъект полагает, что это он выбрал нужную ему женщину, а на самом деле он сам был выбран, поддавшись притяжению личности, не совместимой с его витальностью.
Симптом, порожденный ошибками ментального поведения, локализовался во рту (у субъекта микоз языка), поскольку в нем сконцентрированы разнообразные вкусовые ощущения любого человека. Помимо оральной функции язык выполняет функцию наивысшего органа чувств, обладая не только вкусом, но и осязанием.
Необходимо помнить, что каждый приходящий в этот мир человек учится познавать ртом: ребенок сует в рот руки, землю, камешки – все, что попадется, даже собственные испражнения, исключительно с целью познания. Это – первые фазы метаболизации познания, закладывающие основу дальнейшего развития посредством сублимации. Ребенок вначале обладает максимально объективным познанием реальности именно благодаря рту, который обеспечивает также интроекцию объекта. От интроекции младенец переходит к фазе сублимирования объекта: он постигает форму, извлекая ее из содержания.
Таким образом, вначале ребенок пытается соматизировать объект, интроецируя материю, отделенную от ее специфической формы, и путем повторения постепенно приходит к уточнению формы объекта: он уточняет форму в образе, не обращая внимания на материальную предметность.
