– Оскорбление? – тяжело уставился на него Шах и поднялся. – Это же факт. Потому что ты – поддонок. Урод местный. Пользуешься своим даром или как он у вас – право, и пользуешь. Манипулируешь, – протянул тяжело, с передохами. Ощупал нос и одним резким движением вправил кость, ослепнув от боли на пару секунд. Покачнулся и опять на Эрлана смотрит – уперный. Вот это Лой с братом и примиряло.
– Ты же, – сплюнул сгусток. – Сам ничего не можешь, только через штучки свои. А убери их и что останется? Да в хрен ты ей не упрешься, выкидыш неандертальца!
Эрлан специально молчал, смотрел на изувеченную физиономию брата и пытался держать себя в руках. Жаль только, что он-то границы вольностей знал, а Вейнер – нет.
– Может это у вас норма – приказал, и легла под тебя девчонка. А у нас это называется насилием, и ты, извращенец, получишь, как наказывают за это у нас. Рассказать как?!!
Шах вышел из себя и за Эрику и за то, что уступил этому аборигену, оказался слабее и подставился.
Эрлан замер, понимая, что ничего хорошего не услышит. Ему в принципе хватило уже – еле сдерживался. Роберган напрягся – драка ему не нравилась. Лири только губы кусал от бессилия – права не имел в дела меж братьями вмешиваться.
– А ну лег и штаны снял!! – заорал Шах – мутно в голове было, удар у Эрлана неслабый.
Лой глаз прищурил и… вытащил меч – терпение кончилось.
Эрика услышала крик. Голос Шаха не узнать было трудно, а не понять, что он в какую-то заворушку вписался, тем более. Девушка бегом двинулась на звук и вскоре смогла разглядеть из-за ветвей кустарника дислокацию на поляне – двое в стороне: крепкие, но меч только у одного и судя по косицам у висков, он страж. Еще двое – Шах и незнакомец, чем-то неуловимо напоминающий Валерку. А тот с голым торсом и разрисованной в хлам физиономией, орет, что на ум взбредет, явно не в себе, и готов броситься к оппоненту, словно не видя, что тот с мечем. Взмах – и положит не сумятясь. Сила фоном от аборигена исходила, и к гадалке не ходи – Шах хоть и комплекцией не чета, а все едино – пацан.
И чего его взвело? Белены объелся местной? Как он вообще здесь оказался? Ему другое направление задано.
– Штаны снял, лег и отжался, сука!! – донеслось до Эрики. Бровь выгнула – точно Шах дурных грибочков откушал.
И что делать, как этого любителя местной фауны вытаскивать? Положит его сейчас оскорбленный туземец и, в общем, прав будет. Впрочем, стоит тот и не дергается, значит, еще сам не понимает, что происходит и оскорбления до него не доходят.
Значит, есть шанс. Стоит рискнуть, вытащить Шаха, лишь бы тот смог сообразить, что делать.
Эрика максимально подобралась к мужчинам и встала, пошла напрямую, надеясь, что если заметят – у Шаха будет шанс под шумок уйти, а там и она завернуть успеет. А нет – разоружит местного.
Подошла с левого плеча, дистанцию сохраняя, кашлянула. Эрлан обернулся – Эя нырнула вправо, ударила по руке снизу вверх, а другой рукой рукоять перехватила и вниз увела, резко отодвинулась, крутанув оказавшийся в ее руке меч и, демонстративно опустила лезвием вниз.
– Спокойно, все хорошо, – запела ласково, успокаивая и давая Шаху время сориентироваться и ретироваться пока его оппонент пялится на нее, как на явление Богородицы.
Но тот – олух – вместо того чтобы уходить, заорал ей убираться.
– Это наше с ним дело! Уходи!
Эрика нарисовала улыбку на лице, сугубо для красавца из местных и, не поворачиваясь к нему спиной, дошла до Шаха.
– Ты очумел здесь, что ли? Мать твою, сутки не виделись, а тебя как подменили! У тебя задание переправу найти, а не с кем-нибудь из местных подраться, – процедила ему, продолжая мило скалиться мужчине напротив. Тот стоял не шевелясь, не выказывая агрессии, только смотрел очень странно.
Валера тоже от ее слов притих. Сплюнул набравшуюся в рот кровь, уставился на Ведовскую:
– Какая переправа, Эра?
– Эя, где Кейлиф? – спросил оппонент Шаха, причем голос был нежным и мелодичным. У девушки от него улыбка застыла и появилось дикое желание угодить ответом. Да только ответа не знала, как и что такое Кейлиф или кто.
Валерия же незнакомец вздернул – ринулся тот на него:
– Не смей говорить с ней! Заткнись, я сказал, заткнись! – выругался грязно, идя на мужчину, как на штурм и встал нос к носу. Взглядом давил, цедя. – Имей понятия, если ты мужик. Своих баб в марионеток и шлюх превращай и трахай до упора, а Эру не смей.
"Нравится"?
– Не твое дело. Что у нас будет – будет по-честному, а не из-за того, то я скажу. А с тобой наоборот – говоришь, поэтому делает. Самому не впадлу?
Эя руку на плечо товарища положила, останавливая, процедила:
– Чего ты к нему привязался. Давай ходу, Шах.
Мужчины дружно уставились на нее.
"Какого "ходу", Эя"?
Эрика моргнула, понимая, что ненормальная здесь кажется она, а не ее товарищ.
– Я что-то пропустила? – не спуская взгляда с незнакомца, спросила у Шаха. Тот молчал, смотрел на нее все более беспокоясь и забывая об остальном. Она не ведая того прижималась к нему, а смотрела во все глаза на Эрлана.
