— Ну вот, другое дело. Буду знать, что мы делаем. Вывести бы ещё сюда карту Стивена…
Красная точка на голографической карте погасла, а за ней и вся карта исчезла, «втянувшись» в наручный передатчик. Крейсер вышел из безопасной чужой галактики над Уральскими горами, и первым, что увидел Гедимин, отведя взгляд от мониторов, были чёткие белые силуэты на сигма-карте. Из стратосферы, прикрытый маскирующим полем, в сопровождении электромагнитного шквала, поднимался «Юрий». «Феникс», едва успевший метнуть пару булыжников в защитные купола далеко внизу, быстро разворачивался, чтобы не оказаться к его главному калибру боком.
«Прыгнет или нет?» — отстранённо думал Гедимин, глядя на мониторы. В этот раз реактор успокоился за считанные секунды — можно было бы и нырнуть в Вендану, оставив северянский крейсер ловить маскирующие помехи. «Не прыгнет. Разворачивает гравитрон…»
—
«Все гравитроны к бою,» — Гедимин занёс руку над кодом сброса управляющих стержней. «Сейчас начнёт трясти…»
«Феникс» выстрелил на полсекунды раньше. Корабль встряхнуло от носа до кормы. Гедимин видел, как на сигма-карте вспыхивают и тут же тают полупрозрачные белесые полотнища — защитные поля вокруг кораблей. Град камней, разогнанных гравитронами до огромной скорости, сносил экраны, не давая времени на восстановление. Генераторы защитных полей работали непрерывно, но крейсер то и дело содрогался, подпустив очередной осколок слишком близко к броне.
—
Ракета промчалась мимо «Юрия» и нырнула в атмосферу. Северянский крейсер, накрытый многослойным защитным полем, разворачивался под обстрелом, будто не замечая булыжников. Ещё одна ракета взорвалась на щитах, снеся их, но растратив на это большую часть излучения. «Что они дела…» — успел подумать Гедимин, прежде чем грохнулся на палубу вместе с креслом. Мониторы зажглись красным, аварийная сирена испустила оглушительный вопль, на секунду замолчала — и завыла.
—
Гедимин извернулся, разрывая ремни, встал с обломков кресла и кинулся к мониторам. Секунду спустя он был в активной зоне и, повиснув на управляющей дуге, вручную отключал её. Удар встряхнул левую часть отсека; реактор горел белым огнём, и даже сброс всех стержней не смог его «остудить».
—
—
—
В наушниках раздались команды, обращённые к пилотам и канонирам. Гедимин, потянувшийся было к нестабильному твэлу, изумлённо мигнул. «Что, и расстреливать не будет?»
Корабль трясло так, что сармату пришлось воткнуть в палубу когти, и порой они скрежетали, проделывая короткие борозды. Реактор, набитый до отказа ипроном и обвешанный защитными полями, несколько мучительных секунд пульсировал, сменяя зелёное свечение белым — и позеленел окончательно. Гедимин облегчённо вздохнул, всунул в краевую сборку твэл, вынутый из центральной, — успешный Прожиг был сейчас нужнее, чем выработка энергии, — и вывалился из шлюза обратно к щиту управления. Бросив нестабильные твэлы на пол и прикрыв их матовым защитным полем, он встал к мониторам. Правый реактор встряску выдержал, хоть и заплевал всю активную зону нейтронами, — температура слегка повысилась, но до пульсации не дошло. «Держись…» — Гедимин глубоко вдохнул и задержал дыхание, унимая дрожь в руках. Раскалённые волокна вдоль висков, казалось, уже прожгли кожу и впились в череп. «Из надкритики вышли. Теперь Прожиг…»
—
—
Гедимин изумлённо мигнул. «Мы не уходим? А что тогда…» Он посмотрел на сигма-карту и шёпотом помянул уран и торий. Северянского крейсера нигде не было. К «Фениксу» со всех сторон приближались миноносцы, что-то взрывалось под его «брюхом», срывая защитные поля, но не успевая пробиться к броне. Корабль высаживал ракету за ракетой по чему-то, скрытому под слоем атмосферы, — Гедимин видел только серебристые волны, прокатывающиеся по карте. Стивен отдавал быстрые приказы канонирам на гравитронах. «Феникс» поднимался всё выше, уходя из-под огня атмосферных кораблей. Два миноносца, раскачиваясь из стороны в сторону, пошли вниз, один взорвался в стратосфере. Что-то массивное выплыло с дальнего края сигма-карты, и Гедимин протянул руку к пульту.
—
