Он повёл рукой, указывая на что-то сбоку от себя. Экран мигнул, и изображение сменилось. Теперь Гедимин видел угол помещения с идеально гладкими чёрными стенами. К ним прислонился полураздетый сармат с пятнистой кожей. Он опустил голову и высоко поднял плечи, судорожно прижав руку к груди. Сначала Гедимину показалось, что по голограмме идёт рябь, но секунду спустя он понял — это не дефект изображения, просто плоть на руке сармата расползается жижей и медленно стекает. Его тело ещё сохраняло форму, но кожа и мышцы уже слились в неразличимую клеточную массу. Белесая жижа колыхалась, разрывая тёмно-синий покров в тех местах, где мутация ещё не завершилась; из трещин сочилась бесцветная жидкость — в жилах сармата уже не было настоящей крови.
— Адмирал Гарпаг Хепри, — на экране снова появился Линхольм. — Бывший губернатор территории Ясархаг. Он подвергся действию эа-вируса, как и десятки тысяч поселенцев Ясархага. Заражение уничтожило город полностью. Если вы продолжите сопротивление, та же судьба постигнет вас всех. Я предлагаю вам жизнь. Слово за координатором Маркусом. Мы — все благонамеренные граждане Земного Союза — надеемся, что здравый смысл возьмёт верх над старыми и новыми обидами.
Голограмма погасла. На несколько секунд в зале повисла тишина — и взорвалась яростными криками.
— Тихо! — охранники выпустили несколько очередей из станнеров поверх голов. Гедимин, стиснув зубы, начал подниматься на ноги, но Хольгер дёрнул его обратно на скамью.
— Гарпаг уже мёртв, — еле слышно прошептал он. — Макаки держат его у себя… в таком вот виде, чтобы запугивать живых.
— У Ассархаддона должны быть разные вирусы, — отозвался Гедимин, угрюмо щурясь. — Вирусы и бактерии. Люди подвержены разным болезням. Некоторые не лучше эа-мутации.
Он боялся, что на экране снова появится разлагающийся заживо сармат, и вид голограммы Маркуса его даже обрадовал — впервые, наверное, за все годы.
— Вот сообщение от так называемого Земного Союза, — сказал Маркус. — Эти животные думают, что мы позволим себя запугать. Они похваляются десятками тысяч убитых сарматов, как раньше похвалялись сотнями тысяч сарматов-рабов! Пусть радуются, пока могут. Мы заставим их заплатить. Забудьте жалость,
—
— Планета-то при чём?! — пробормотал он.
Хольгер крепко сжал его руку.
— Выйдем наружу, — тихо попросил он. — Надо посмотреть на Сатурн, иначе Гарпаг мне приснится.
Гедимин угрюмо кивнул.
«Два года назад это был День памяти. Траур по тем, кто погиб в той войне,» — вспоминал Гедимин, отстёгиваясь от кресла и собираясь выйти из реакторного отсека. «Феникс» снова прибыл на базу и встал в док на ремонт. «Год назад мы начали новую войну и праздновали взятие Марса. Сейчас у нас нет Марса и десятки тысяч новых трупов. Что у нас сегодня — праздник или траур?»
В наушниках загудело.
— Гедимин Кет! — в этот раз Стивен не стал произносить обычные коды. — Провести плановую замену топлива в корабельных реакторах! Об исполнении доложить!
«Да, верно,» — запоздало вспомнил Гедимин. «Совсем забыл за этими рейдами. Надеюсь, не сдёрнут в информаторий посреди работы…»
…Гусеничный глайдер медленно выползал из дока, выволакивая на прицепе два бронированных контейнера, прикрытых защитным полем. Гедимин следил за тем, как смыкаются на бортах крейсера пластины обшивки, закрывая «загрузочный» проём. В доке с высоким сводом можно было бы загружать топливо штатным путём — сняв верхнюю часть обшивки и крышки реакторов; на «Маре», где едва помещался сам крейсер, оставалось только делать дырки в бортах и протаскивать через них твэлы по две-три штуки за раз. Техники на глайдере-твэловозе не вмешивались ни во что, выглядывая из кабины сквозь затемнённое стекло. Помочь вызвались Сайджин и Йенью — один из них стоял снаружи и забирал у Гедимина вытащенные из реактора твэлы, второй — грузил их в контейнер; свежее топливо проходило тот же путь, но в обратном направлении. Гедимин вспоминал эксперименты в лаборатории «Гекаты» и первый синтезирующий реактор Ураниум-Сити и немного грустил.
— Замена топлива выполнена, — сообщил он, заглянув в приоткрытый шлюз. Связь сработала — секунду спустя капитан с облегчённым вздохом отправил сармата на базу. Тот вышел из дока, проверив по дороге отсутствие карантинных знаков, — нет, на втором месяце непрерывных проверок медики наконец успокоились.
