Вернувшись к себе, я первым делом подключил «Распараллеливание сознания», чтобы спросить о причинах. И получил ответ: «Маниакальный психоз». Он мне не понравился. Как говорится, если у вас паранойя, это не значит, что за вами не следят! На всякий случай я отправился в астрал, к своему паразиту — за консультацией.
— Привет, паразит! Как-то мне неспокойно. Чувствую, грядет огромная гадость! А какая, не пойму. Помню, ты упоминал о своей связи с информационным полем планеты. Проверь, будь добр, нет ли сильных патологий в этой сфере, — обратился я к нему.
— Рад приветствовать. Сильных отклонений от нормы не наблюдается. Есть только небольшая странность на крупном острове, находящемся на Норд-Вест по отношению к твоему положению в пространстве. Информация, поступающая оттуда, теперь закодирована новым генетическим кодом, — сообщил паразит.
— Дай больше конкретики! Что за код? Какая информация? Насколько это опасно?
Паразит ненадолго замолчал.
— Представь, что вселенная — это живое тело, — начал он тоном лектора. — Которое живет, болеет, умирает. Галактики — это его внутренние органы, а планетарные системы — красные кровяные тельца. Самое страшное для вселенной заболевание — это хаос. Лучше всего от него помогает плесень, имеющая неограниченную алчность в потреблении. Проще говоря, разумные расы с минимальным жизненным циклом. Они проделывают большую работу, локально упорядочивая среду обитания и уравновешивая собой и своими трудами неорганизованный вселенский хаос. Поэтому галактика руками совершенных цивилизаций специально заражает некоторые планеты этой, можно сказать, плесенью. Однако если ее становится слишком много, или она вместо строительства цивилизации и уменьшения энтропии сама плодит хаос и страдания, то планетарную систему пропускают через первопламя. И, после паузы на восстановление биосферы, подсаживают новый штамм этой плесени.
Здесь не было физического тела, но от невозмутимого голоса паразита и его концепции вселенской справедливости захотелось поежиться. Или выпить. А мой внутренний обитатель продолжал:
— Так вот, каждый вид этой заразы выбрасывает в информационный слой планеты свои данные, закодированные определенным, неповторимым генетическим кодом. Если происходит долговременное пересечение двух или более видов в одной локации — это может вызвать хаос и очищение планетарной системы. Именно поэтому после обработки планет культиватором и запуска игры между разными расами в итоге остается только одна. Однако пятно чуждого кода, возникшее в информационном поле, позволяет утверждать, что новый вид полностью заменил предыдущий на территории острова, — закончил паразит свою политинформацию.
А я остался жить с этим знанием. Опасаясь нового появления Жозефа с ведром воды, поспешил выйти из астрала самостоятельно. Моя чуйка орала благим матом, что если начало дня имеет вкус взбитых сливок, то в ближайшее время получим жгучий чилийский перчик под рудимент хвоста. Устроившись поудобнее в кресле, я задумался, каких пакостей следует ожидать в ближайшее время у меня на Корсике.
Можно сделать печальный вывод — в Англии на сегодняшний день людей не осталось. Охрана купца из рода Луккези именно оттуда, а это уже не гомосапиенсы, а некие змеесапиенсы, или типа того. Еще и название «Орден Змеиного Круга» говорит само за себя. Значит, воевать придется с чем-то змееподобным.
Что мы знаем про обычную змею? Из умений — хорошая пластичность. Могут изменять цвет и немного форму. Долго выжидают, а потом наносят мгновенный удар. Отлично чувствуют себя в воде. Ядовиты.
Их слабости — на мгновение замирают перед атакой. Боятся громких звуков и резких запахов. Боятся холода, он делает их медлительными и вялыми. Подключил распараллеливание сознания и получил ответ: «Заманить в астрал к тотемному ежику. Если не удастся, быстро отступить, использовав портальный камень случайного места прибытия. Заманить противника в портал за собой, а потом вернуться, закрыв окно телепортации».
Достав из пространственного кармана кошель с камнями телепортации, осторожно отложил один и спрятал так, чтобы легко выхватить. После этого вынул трофейные шкатулки и сложил в кофр из-под химических реактивов, полученных от герцога. Пока я прятал камень, в карманах отыскался дефективный Коготь дракона, упакованный в самодельные ножны, и я повертел их в руках. Выглядели и артефакт, и его обертка преуныло, словно кривые самодельные ножи дворовых хулиганов . Поразмыслив, что можно сделать, я вспомнил про остатки разрушенного артефакта проклятий. В одном из потайных ящиков моего стола сохранилась горсть этих зеленых крупинок.
Достучаться до дракоши и попросить совета не получилось. В голове возникла картинка — надпись мелом на разваливающемся деревянном заборе: «Просьба не беспокоить. Пошел на…».
«Ну, мелкий ящер, ну, погоди!», — мысленно дописал я ниже на этом воображаемом заборе.
