Мой голос на него подействовал, рука с пистолетом безвольно опустилась на землю.
– Вот и хорошо, надевай шлем, включай замкнутый цикл. Внизу фонит, но есть проход. Умирать не время.
Спустя какое-то время Илья пришёл в себя. Изучив показания его скафандра, я убедился в том, что не всё ещё потеряно для него. Во время спуска приходилось страховать его. Не думаю, что в одиночку мне удалось бы с этим справиться. Теперь уже трудно было сказать, он управляет скафандром или наоборот. Безопасные дозировки препаратов были превышены в несколько раз, оставалось надеяться на то, что молодой организм справится с этим. На подходе к очередной двери мы подхватили его под руки, но Илья был пока ещё в сознании и пытался самостоятельно передвигать ноги. Для открывания двери воспользовался общим кодом доступа. Мы оказались в шлюзовой камере. Сомнений не было, мы достигли убежища.
Я пытался сориентироваться где мы. То, что я видел вокруг, мне определённо не нравилось. Помещения третьего уровня окрашивались багровыми вспышками сигнала тревоги. Завывания сирены давили на нервы, мешая сосредоточиться. Я попытался связаться через переговорное устройство с центром управления и составом дежурной смены. Бесполезно. Ответом мне было полное молчание. Худшие опасения подтвердились, когда чуть дальше по коридору обнаружили несколько неподвижных тел и следы боя. Заражение проникло и сюда. В это не хотелось верить, но это было так.
– Барс, что будем делать? – как с того света прозвучал голос Сомова, я невольно вздрогнул.
– Доставим Илью к капсулам, потом будем вникать в обстановку.
– Согласен. Как думаешь, кто-нибудь кроме нас уцелел?
– Трудно сказать, одна надежда на контейнер и капсулы. Будем надеяться, что кому-нибудь удалось изолироваться, помещений много. Протоколы безопасности на случай биологического заражения не сработали, это очевидно.
– Пожалуй, это так. Двинули?
– Я пойду вперёд. Илью оставлять тут нельзя, справишься?
– Без проблем.
Сомов усадил Илью к стене и стал связывать ему руки. Убедившись, что узлы надёжны, он закинул его за спину. Руки Ильи обхватили шею Михаила, а тело повисло на его плечах. Только теперь я понял смысл его манипуляций, в результате чего руки Сомова остались свободны. Груз за плечами ограничивал движения, но не более, скафандр с лихвой компенсировал нагрузку. Теперь я был уверен, что в случае необходимости Пегас может поддержать меня огнём. Оставалось выяснить на каком уровне сейчас находится комната боевого дежурства с капсулами. По протоколу, в случае тревоги, она перемещалась на самый нижний уровень, если только после этого её в ручном режиме не перевели наверх. Вариантов было не много. Либо – самый верхний, либо самый нижний уровень. От моего выбора сейчас зависело, успеем ли мы доставить Илью к капсулам. Совета Сомова я спрашивать не стал, если мнения разделятся, то решать всё равно мне.
Направляясь к лифту, я всё ещё сомневался, в выборе. Оказалось – напрасно. Лифт не работал. Означать это могло только одно – уровни изолированы друг от друга. С одной стороны это повышало шансы обитателей убежища на выживание, с другой – не оставляло мне выбора. Придётся воспользоваться аварийным выходом. Если мы сейчас спустимся вниз, то на подъём может не хватить сил. Значит, наш путь лежит снова наверх, на первый уровень.
По мере движения к аварийному выходу, мы лишь убедились в том, что выживших на этом уровне нет. Повсюду – запустение и следы боя. Несколько десятков разлагающихся тел, в которых трудно было кого-то опознать. Поймал себя на мысли, что ищу среди погибших тела в боевых скафандрах, но их не было. Весь уровень превратился в склеп и зону заражения.
На площадке второго уровня сделали привал. На сам уровень решили не заходить. Последние метры подъёма к первому уровню дались тяжело. Время проведённое на ногах и длительные нагрузки начинали сказываться. Препараты медицинской поддержки уже не действовали. Стал сомневаться, что могу воспринимать окружающее адекватно. Видел по Сомову, что он находится не в лучшем состоянии, хотя на мой вопрос и пытался убедить, что всё нормально. Мы были в двух шагах от цели. Не хотелось бы погибнуть на пороге спасения из-за потери бдительности.
Первый уровень нас встретил гробовой тишиной. Тревога на нём была отключена и это вселяло надежду. Сверился с показаниями сканера, красных отметок не наблюдалось. Температура на уровне – в норме. Системы жизнеобеспечения продолжали исправно работать. В коридоре, в пределах видимости трупов не было, как и заражённых. Только бурые разводы на стенах и гильзы на полу.