— Высказать! — Виктор усмехнулся. — Будто у них других проблем, будто им есть дело до каких-то придурков, которые, сами не зная как, оказались у них в гостях!
— Нормально, идти можно! — крикнул им Йорг. — Там… конечно все не так хорошо, как… здесь, но пройти, думаю, можно.
— Думаешь или можно?
— Можно… думаю…
— Ладно! Идем! — Виктор приподнялся. Он взял в руку рюкзак и начал засовывать в него флягу, но та выскочила из его рук и с грохотом упала на бетонную поверхность. Йорг подошел к нему, нагнулся, поднял флягу и подал ее Виктору. Тот молча взял ее и положил ее в рюкзак.
— Дай сюда! — Йорг отнял у него рюкзак. — Иди так, а то…
— А то ты боишься, что рюкзак улетит вместе со мной? — Виктор усмехнулся и без всякого сопротивления отдал рюкзак Йоргу.
— Ну и это тоже, старина, и это то же! Все-таки столько таблеток зря пропадет! Ладно! — Йорг хихикнул. — Идем! Пока солнце еще не опустилось, нам надо через этот мост как-то перелезть. Каролина, ты с нами? — обратился он к Каролине, которая стояла неподвижно и с каким-то особым интересом рассматривала что-то на небольшом бетонном бордюре с правой стороны. — Эй, не спи!
Но Каролина не спала. Она сделала несколько шагов по бетонной поверхности моста в сторону бордюра и присела на корточки. Ее правая рука вытянулась вперед и она, будто боясь повредить что-то хрупкое, провела ею по шершавой бетонной поверхности.
— Что ты? — оба космонавта смотрели на нее с каким-то удивлением. Взгляд их перебегал с лица молодой девушки на эту бетонную конструкцию, с бетонной конструкции на лицо девушки.
— Посмотрите сюда! — проговорила он тихо и еле слышно. Ее тонкие пальцы водили по каким-то линиям, вычерченным на бетоне.
— И что это такое? — спросил ее Йорг.
— Это… какие-то надписи, или знаки, оставленные здесь кем-то!
— Кем? — Виктор сделал шаг в ее сторону.
— Я не знаю… Их не видно, прошло много времени и ветер или дождь затерли то, что здесь было нарисовано. Но это точно такие-то знаки, ведь так? — она повернулась к Виктору, потом к Йоргу, будто желая услышать от них подтверждение своих слова. Но они лишь молча смотрели на то, что было накарябано перед ними на бетоне.
— Не знаю, но это точно оставлено человеком!.. — подытожил, наконец, свои наблюдения Виктор.
— По крайней мере, каким-то разумным существом, — добавил Йорг, внимательно рассматривая начертания. — Но что это нарисовано… черт разберет… Человек какой-то или… люди какие-то… Ладно! — Йорг выпрямился в полный рост и посмотрел на тянувшееся к горизонту солнце. — Если не хотим залипнуть здесь на ночь, нам надо быстрее двигаться!
Но пройти оставшийся участок моста оказалось задачей совсем не легкой. Чем дальше космонавты продвигались, тем разрушения становились масштабнее. Всем было понятно, что разрушения такого характера не могли возникнуть сами по себе, что разбитые пролеты мостов, с раскуроченными гигантскими бетонными опорами, не могли прийти в такое состояние лишь по прошествии времени. Все выглядело так, будто этот мост, как и многие другие сооружения (они вспоминали попадавшиеся им по пути остатки зданий и совпадения становились очевидными) стали жертвами какого-то сильного воздействия извне.
Ко всем прочим проблемам вскоре добавился еще и ветер. Ближе к середине моста, там, где разрушения были наиболее сильными, он дул вбок резкими сильными порывами, будто специально толкая космонавтов ближе к пропасти. Несколько раз Виктор останавливался и хватался обеими руками за уцелевшие элементы моста. Он зарекался не глядеть вниз. Но несколько раз взгляд его, блуждавший в напряжении по хрупким конструкциям, останавливался на пропасти и он видел пустоту, видел обвалившиеся когда-то давно вниз бетонные блоки, и камни, которые будто целили ему в грудь своими острыми углами. Несколько раз страх охватывал его так сильно, что ему становилось тяжело дышать, рот его, как у выброшенной на берег рыбы, жадно хватал воздух. Страх парализовал все его тело, он замирал на месте, и Йоргу, который уходил вперед, приходилось карабкаться по тонким, уцелевшим конструкциям моста обратно. Он подползал к замершему в страхе Виктору, брал его за руку и, как маленького ребенка, вел за собой над пропастью дальше.
Но вот позади остался последний из разбитых пролетов. Ветер поутих и его жуткие завывающие звуки больше не вызывали у Виктора тошноту и дрожь. Он добрался до Йорга и повалился на бетон рядом. Йорг громко зааплодировал:
— Ну, я же говорил, что дойдем. А ты!..
— Я чуть не сдох! — Виктор посмотрел на Йорга с больной улыбкой на губах. — Смотри! — он показал ему и подошедшей Каролина свои дрожавшие руки. На пальцах правой виднелись подтеки из засохшей крови. Он содрал кожу когда карабкался по полуразрушенным блокам.
— Да уж… Обратно, может, пойдем другим путем… Если тут другой путь есть, конечно…
— И если пойдем обратно, — тихо проговорила Каролина. Она села рядом. Приземлился на камень напротив и Йорг. Повисла тишина. Несколько минут в тишине космонавты любовались красотой рыжего заката на этой родной для них, но, одновременно, и такой чужой планете.
