Каролина снова вытянула вперед руку и прочертила рукой по толстому термостойкому стеклу.
— Отсюда она кажется такой маленькой… наша планета. Кажется, можно вытянуть руку и просто обнять ее всю целиком. Подумать только, все то, что когда-либо было в истории, что есть, и что еще долгое время будет, все это происходило на этом небольшом голубом шаре! Все войны, все катастрофы, все созданные произведения искусства, все это было здесь, внизу, под нами…
— Главное, чтобы это на этой планете все не закончилось, — усмехнулся Йорг. — Чтобы мы с нашим прогрессом не перебили друг друга до того, как переселимся на другие планеты.
Каролина покачала головой:
— Я уверена, рано или поздно, мы достигнем полного мира на Земле!
— Как бы мы не любили наше Землю, но ее дни сосчитаны! — нехотя ответил ей Виктор. Он завис над панелью управления, снимая какие-то показания с приборов.
— Почему?
— Водород. Каждую секунду Солнце тратит миллионы тонн водорода на то, чтобы продолжать светить и это не будет бесконечно. Через несколько миллиардов лет запасы топлива истощатся, Солнце превратится в красного гиганта и тогда наступит полная задница!
— Но…
— Но, это так, к слову, париться из-за этого не стоит! До этого возраста мы точно не доживем. При всем уважении к человечеству, мы… — на секунду Виктор замолчал, проверяя, не включен ли канал связи с Землей; он не был включен, и Виктор продолжил, — …порядочные поросята, которые перебьют друг друга задолго до того, как Солнце выгорит. Это, если, конечно, не найдем планету, куда можно переселиться, где будет куча ресурсов и мало народу! Хотя… и это то же спорно. Война слишком глубоко сидит тут, — он ударил себя несколько раз пальцем в голову, — в сознании нашем и просто так ее оттуда не выбить!
— Нет! — Каролина отвечала ему с улыбкой. — Люди слишком разумные существа, для того, чтобы допустить это! В глобальной войне нет победителей, там есть только проигравшие. И это начинают понимать уже все!
— Разумные?.. — Виктор усмехнулся. Он отвернулся от пульта и повернулся к Каролине, — вся наша история это показатель того, как одни разумные люди убивают других. Нет… те люди, которые живут там, — он кивнул вниз, на Землю, — они не смогу жить в мире еще долго и долго, на какую бы планету мы из не привезли. Возможно когда-нибудь, через какие-нибудь столетия или лучше тысячелетия, люди изменятся и выбьют из себя эту дурь. Но те, кто живет на Земле, не хочется это говорить, но это правда, порочны безвозвратно.
— Это не так. Толстой говорил: «Война это противное человеческой…»
— Толстой был умный мужик, но слишком уж не по летам наивен…
— Так, господа и дамы! Не хочу вас отвлекать от этой дискуссии о философии, — встрял в разговор Йорг, — но мы только что получили сообщение.
— От НАСА? — спросил Виктор.
— Нет, холодно!
— От внеземного разума? — спросил Хью.
— Уже теплее, но все же нет…
— МКС… — заулыбалась Алисса. — Ведь так?
— В точку!
— И… и что за сообщение?
— Буквально пару строчек: «Приветствуем на нашей орбите первых межзвездных путешественников. Желаем вам беспроблемного полета к новым неизведанным краям нашего космоса, легкого пути, попутного солнечного ветра и успешного возвращения. Команда МКС. P.S. Витя, на твоем месте должен был быть я и я тебя ненавижу! Константин».
— Вот… говнюк! — Виктор заулыбался.
— Ты знаешь его? — спросила Алисса.
— Мы вместе сидели за одной партой в академии. Вместе с ним провели незабываемые двести дней в изолированной от другого мира камере! В моей жизни был почти год, когда я закрывал глаза и видел его физиономию во сне, потом я снова открывал глаза и снова видел его физиономию, только уже наяву.
— Видимо у вас с ним сложились особые отношения!
— Иногда даже близкие друзья могут друг другу надоедать.
— Что им ответить, командир? — спросил, переворачиваясь ногами кверху в невесомости Йорг.
— Напиши им: «Команда «Ориона» выражает благодарность команде МКС за их поздравления, желаем им успешного лавирования в куче космического мусора… нет это не пиши… желает им так же успеха в исследовании поведения личинок дрозофила и ленточных червей в невесомости… Или нет, лучше напиши, что когда мы снова с ним встретимся, я дам ему автограф, ведь у него должно быть что-то, чем он мог бы гордиться перед внуками! Впрочем, ладно, если серьезно, напиши, «спасибо» и что-нибудь в этот роде, — Виктор повернулся и снова подлетел к пульту управления. Вскоре в корабле наступила тишина и лишь жужжание работавшей системы вентиляции намекало на наличие внутри корабля проводящего звуковые волны воздуха.
— Система «Курс» только что взяла «Орион» на прицел своего радара. Приступаем к процессу стыковки в автоматическом режиме! — в тишине раздался громкий голос Йорга. Он разбудил Хью.
— Сколько нам еще лететь до него? — он протер глаза и широко зевнул. Так же, как и Каролина, он долго сидел перед окном и смотрел в менявшиеся внизу пейзажи, но усталость и бессонная ночь перед полетом сделали свое, он переместился на свое место, закрыл на мгновение, как он думал, глаза и, невольно для самого себя, заснул.
